Полевой комплекс методов оперативной диагностики золоторудных зон в ходе выполнения горно-буровых работ

Генералов В. И., советник генерального директора ООО «Русская Буровая Компания»
Золотодобыча, №248, Июль, 2019

 

Рис. 1. Автор на полигоне. Разработка собственной россыпи ООО
Рис. 1. Автор на полигоне. Разработка собственной россыпи ООО "Русская буровая компания", июнь 2019 г.

 

Многолетний практический опыт подрядных работ на золоторудных объектах, принадлежащих различным компаниям, позволяет сделать ряд  выводов. 

 Во-первых, геологи золоторудных предприятий не верят собственным глазам и не имеют системных знаний по оперативной диагностике рудных зон в процессе выполнения полевых работ. Как следствие, производится тотальная распиловка всего выбуренного керна и массовый отбор керновых (бороздовых) проб. Истинных рудных проб, участвующих в подсчете запасов, оказывается не более 1–5% от числа всех отобранных.

Во-вторых, лаборатории «завалены» рядовыми дорогостоящими пробами. С целью снижения стоимости и сокращения длительности производства лабораторных работ геологи идут на сомнительную «оптимизацию работ», а именно: увеличивают длину рядовой пробы с 1 до 2 метров в интервалах, где, на их взгляд, заведомо пустые породы; производят тотальный предварительный более дешевый и быстрый атомно-абсорбционный анализ (ААА) на золото из навески 10–20 г; отдельные пробы, в которых были выявлены значимые цифры, затем заверяют пробирным методом из навески 50 г, на представительность и достоверность такого способа опробования и лабораторных анализов не обращается внимание. В полевых условиях контролю обычно подвергается каждая 15-20 из числа отобранных проб. Эффективность такого контроля — «никакая», ибо почти все контрольные пробы оказываются в пустом безрудном геологическом пространстве. Отчетные выборки по контролю опробования, внутреннему и внешнему геологическому контролю составляются формально после завершения полевых работ.

 

Рис. 2. Геологическая документация канав и распиловка борозд производительностью 1,2 тыс. пог. м в месяц производится бригадой из 5 человек
Рис. 2. Геологическая документация канав и распиловка борозд производительностью 1,2 тыс. пог. м в месяц производится бригадой из 5 человек

 

Рис. 3. Площадная расчистка. Геологическая документация и распиловка борозд по профилям
Рис. 3. Площадная расчистка. Геологическая документация и распиловка борозд по профилям

 

В-третьих, идет разделение геологов на две непересекающиеся категории. Одни геологи в поле занимаются геологическими наблюдениями, а другие — в офисе (городе) пишут отчеты на основании записей в полевых журналах. При этом компьютерные трехмерные модели рудных тел ими составляются в основном по данным лабораторных анализов. При увязке рудных пересечений не учитывается вещественный состав и положение проб в геологическом пространстве. Как следствие, камеральные геологи делают вывод о случайном, незакономерном распределении рудных тел в недрах.

 Чтобы уменьшить неопределенность в интерпретации лабораторных данных, предлагают сгущать разведочную сеть до категории В или даже А. Для удешевления стоимости работ предлагают бурить скважины RС-методом, при котором геологическая информация минимальная. В конечном итоге ограничиваются выделением маркшейдерских блоков с повышенной встречаемостью рудных содержаний. Такие блоки предлагают отрабатывать массовыми взрывами и затем вывозить взорванную массу на обогатительную фабрику. В результате имеем убогие содержания и большие затраты на обогащение руд.

 

Приведу два случая из практики этого года.

1. Инвесторы попросили дать заключение об эффективности проведенных геологоразведочных работ на золоторудном объекте, где встречается видимое золото в кварцевых жилах. На объекте за два прошедших года было пробурено порядка 7,5 пог. км скважин. Все скважины тотально пробовались метровыми пробами. Все пробы были отправлены в лабораторию на пробирный анализ из навески 50 г. 50% проб было проанализировано. Максимальное содержание золота, 0,7 г/т, было зафиксировано лишь в двух пробах. Пятью годами ранее на этом же объекте было пробурено около 3 пог.км скважин. Опробование проводилось выборочно «на глаз». Пробы были также длиной 1 м и анализ — пробирный, но в другой лаборатории (вес навески неизвестен). В результате этих работ было выявлено с десяток проб с содержаниями 1–40 г/т. На объекте было отобрано 4 валовых пробы общим весом около 1000 т. Пробы были отправлены на обогатительную фабрику. Среднее содержание золота в отдельных валовых пробах составило 1,0–7,9 г/т. Налицо неэффективность последних работ, где производилось тотальное опробование керна скважин и лабораторный анализ из непредставительных навесок.

 

2. Компания заключила контракт на разведку золоторудного объекта. Для геологического сопровождения полевых работ и составления отчета с подсчетом запасов был заключен субподрядный договор с одним исторически известным геологическим предприятием. Субподрядчик самостоятельно рассчитал и согласовал традиционную методику геологических исследований (см. выше), исходя из 30% опробуемого керна. Но на практике оказалось, что выполнено всего около половины объема буровых работ, а смета на опробование и лабораторные работы уже полностью израсходована. Заказчик попросил оптимизировать геологические работы и не увеличивать сумму заключенного контракта. Состоялось совещание, где участвовал один из руководителей этой субподрядной организации (он же эксперт ГКЗ). На совещании нами был предложен комплекс методов оперативной диагностики рудных зон (см. ниже текст статьи). Однако этот руководитель не пожелал воспринимать никакие изменения в сложившейся практике геологических исследований. Его требование было только одно — увеличивать смету на тотальное опробование и производство лабораторных работ.

 

Полевая диагностика золоторудных зон начинается с металлогенического анализа лицензионной площади. Собирается, обобщается и анализируется комплексная информация по ГСР-200, ГСР-50, площадным и профильным поисковым, шлиховым, геохимическим и геофизическим работам. В результате этого этапа работ разрабатывается рудная модель прогнозируемого месторождения и очерчиваются на карте границы перспективных участков. В пределах этих участков намечается для детальных площадных исследований 1–3 полосы шириной 200–500 м каждая.

В каждой полосе производится геологическое картирование масштаба 1:10 000 (1:5 000), описываются и опробуются штуфным способом все выходы коренных пород, элювиальные развалы и щебнево-глыбовый делювий. Отобранные штуфы оперативно анализируются рентгенфлюоресцентным анализом (РФА) на 40 элементов. В пределах детальных участков намечаются 1–3 поисковых профиля через 200 м и комплекс следующих работ:

- литохимическое опробование почв с шагом 20 м (РФА);

- ситовое опробование делювия с шагом 50–100 м (метод Сочеванова, проходка копушей — до 0,8 м, сухой рассев 20 л пробы через решето 2 см, разбор щебня и отбор пород минерализованных зон, РФА);

- магниторазведка с шагом 10 м;

- электроразведка методом ВП (МПП, ИЗ) с шагом 20–50 м.

По результатам полевой комплексной интерпретации профильных работ намечается проходка бульдозерных (экскаваторных) канав. Канавы зачищаются ручным способом, документируются, а по полотну прочерчивается линия опробования и производится РФА-промер с шагом 0,2 (0,25) м. По результатам геологической документации и интерпретации данных РФА выделяются интервалы рудных зон с последующим выпиливанием борозд и отбора проб. Границы интервалов рудных зон и рудных тел уточняются по результатам промывки хвостов бороздовых проб (см. текст ниже).

Непосредственно в полотне траншеи под каждую выделенную рудную зону проходят по 1–3 скважины диаметром HQ (керн — 63,5 мм) с проектной глубиной пересечения рудных зон (тел) 10–20 м, 40–50 м, 80–100 м.

Оперативная диагностика рудных зон по керну скважин заключается в следующем.

- Производится фотографирование керна с разрешением не менее 18 мега-пикселей. Компьютерные фотографии являются аналогом визуальной бинокулярной диагностики пород и руд.

- Производится геологическая документация пород с детальной фиксацией рудных признаков. Обращается внимание на изменение пористости и трещиноватости пород, наличие гидротермальных изменений, состава жильных образований, рудной минерализации. Измеряется ориентировка кварцевых жил и прожилков относительно оси керна и слоистости пород (кливажа, сланцеватости). Определяется коэффициент жильной кварцевоносности пород (количество жил и их суммарная мощность на стандартную единицу длины керна). Стандартной единицей может быть минимальная мощность рудного тела (для подземных работ) или уступ карьера (для открытых работ). По коэффициенту кварцевоносности можно проводить картирование жильных штокверковых зон.

- Проводится РФА-промер керна с шагом 0,1–0,25 м. Современные анализаторы с мощностью излучения 40–50 кэВ позволяют уверенно определять до 40 элементов. Анализаторы помогают геологам диагностировать любые мелкие зерна и прожилки рудных минералов. Выделение рудных зон производится по методу «Голосования» (автор: Вострокнутов Г. А.) и по методу «ПЕГАС — полей естественных геохимических ассоциаций» (автор: Баранов Э. Н.). Технология геохимической диагностики золоторудных зон с помощью РФА подробно описана в журнале «Золотодобыча» №7,8,12 за 2016 г.

- В каждой скважине выполняется основной комплекс каротажных исследований в составе: Инк — инклинометрия; ГК — гамма-каротаж; ВП (вызванная поляризация); КС — кажущееся сопротивление; КМВ — кажущееся магнитная восприимчивость. Могут применяться и другие дополнительные методы. По данным каротажных исследований производится комплексная геологическая интерпретация геофизических данных. Выделяются основные литологические слои, кварцевые жилы и зоны окварцевания, зоны сульфидной и магнетитовой минерализации. Сульфидная минерализация может быть разделена на существенно пирротиновую и пиритовую.

- Выделение интервалов золоторудных зон производится на геологических колонках, построенных в программе Strater не позднее 4 часов после окончания каротажа скважины. Окончательная геологическая колонка строится по данным интерпретации геологических, геохимических и геофизических данных. Намечаются интервалы для отбора керновых проб. Распиловка керна и отбор проб осуществляется не позднее 8 часов после составления колонки.

 

Рис. 4. Передвижной цех геологической документации и распиловки керна производительностью 2,5 тыс. пог. м в месяц выполняется бригадой из 4 человек
Рис. 4. Передвижной цех геологической документации и распиловки керна производительностью 2,5 тыс. пог. м в месяц выполняется бригадой из 4 человек

 

Рис. 5. Передвижной цех пробоподготовки производительностью 2,5 тыс. проб в месяц, бригада из 5 человек
Рис. 5. Передвижной цех пробоподготовки производительностью 2,5 тыс. проб в месяц, бригада из 5 человек

 

С текущего года Компания организовала на одном из участков работ дробление и истирание проб. По требованию заказчика весь керн диаметром NQ (47,6 мм) длиной 1 м дробится и измельчается до 1 мм. После сокращения 1 кг материала пробы истирается до 0,074 мм. Анализ — пробирный.

Хвосты 1 мм объемом около 2 л хранятся практически без надобности. Возникла мысль промыть эти хвосты на лотке.

 

Во времена СССР казахстанский геохимик В. Митрофановский (или Митрофанов?) предложил оригинальный шлихо-геохимический метод поисков золоторудных месторождений. По его методике шлиховая проба объемом 20 л отмывается (обогащается) в лотке до стандартного объема серого шлиха в 100 мл (примерно 200 г). Коэффициент концентрации золота — 200 раз. Половина шлиха (100 г) направляется на ААА (аналитическая навеска — 10–20 г) и спектральный анализ на 30 элементов. При получении значимых содержаний золота оставшийся шлих исследуется под бинокуляром на наличие золотин. Весьма надежный и эффективный метод диагностики золотоносных шлихов!

Два литра хвостов можно сгустить до 20 мл серого шлиха (примерно 50 г). Коэффициент концентрации золота — около 100 раз. Бортовому содержанию рудной зоны 0,2 г/т и рудного тела 0,5–1,0 г/т будут соответствовать содержания в концентрате порядка 20 г/т и 50–100 г/т. Такие уровни содержаний уверенно определяются РФА-анализатором. Оперативно промывая и анализируя хвосты, мы, во-первых, подтверждаем (или опровергаем) рудную природу опробованных интервалов, выявленных по данным комплексной интерпретации методов полевой диагностики. Во-вторых, имеем оперативные сведения о золотоносности проб, которые еще предстоит отправить в лабораторию. В-третьих, уже в полевых условиях можем наметить границы рудных тел. По вещественному составу проб и их геохимическим спектрам можем судить о природном типе руд, минералах-концентраторах золота и о технологических особенностях сортов руд. В итоге еще на этапе полевых работ можем получить рабочие материалы по объемному картированию рудоносной структуры месторождения, предварительно выделить отдельные рудные тела по их природным типам и технологическим сортам, получить первые сведения об уровнях средних содержаний и масштабах объекта.

 

Рис. 6. Выделение золоторудных зон и построение рабочей геологической колонки не позднее 4 часов после закрытия скважины. Работа ведется в составе геолога и геофизика
Рис. 6. Выделение золоторудных зон и построение рабочей геологической колонки не позднее 4 часов после закрытия скважины. Работа ведется в составе геолога и геофизика

 

Рис. 7. Построение рабочего геологического разреза с выделением рудных зон и тел после окончания бурения бурового профиля. Задействовано два геолога
Рис. 7. Построение рабочего геологического разреза с выделением рудных зон и тел после окончания бурения бурового профиля. Задействовано два геолога

 

Автор статьи ранее уже выполнял по отдельности все вышеуказанные виды работ, однако в полном комплексе на одном участке такие работы еще никогда не проводились. Для реализации полевой диагностики золоторудных зон требуется отдельный полевой геологический лагерь в составе 9 передвижных модулей с оборудованием, отдельная ДЭС на 60 кВт, каротажная станция и вездеходная техника. Численность полевого состава — 10–12 чел., а с учетом вахтовых смен — порядка 20 чел. Требуется не менее 10 рабочих универсальных специальностей, 3 геофизика с опытом поверхностных и скважинных исследований, 2 начальника (он же технолог, электрик, механик) цеха распиловки, отбора, обработки и промывки проб, 6 геологов с системными знаниями от металлогенического анализа до геологического картирования и геоинформационного моделирования. Коллектив должен быть обучен к условиям автономной работы на Крайнем Севере и сплочен духом профессионального патриотизма (читайте роман «Территория», О. Куваев).

Для организации предложенного комплекса работ и создания профессионального коллектива нужны инвестиционные вложения. Стоимость лицензии и выполнения традиционного комплекса поисково-оценочных работ обычно варьирует в пределах 50–300 млн руб. При этом результаты работ оказываются, как правило, неопределенными, и только на 5–10% лицензионных участках работы приводят к открытию месторождений. Стоимость инвестиционных вложений в отработку методики полевой диагностики золоторудных зон не превысит 50 млн рублей. Выполнение комплекса поисково-оценочных работ по предложенной нами методике позволит сократить в 2–3 раза существующие сейчас финансовые затраты и время на поиск и оценку месторождений.

 

Литература

- Генералов В. И. Опыт применения портативного рентгенофлуоресцентного анализатора Innov-X для оперативного выявления золоторудных зон при геологической документации керна скважин на месторождении Многовершинное // «Зoлотодобыча». — 2016. — №7 (212). — с. 32–37.

- Генералов В. И. Инновационные технологии оперативного ведения работ при поисках и оценке золоторудных месторождений // «Зoлотодобыча». — 2016. — №8 (213). —  с. 37–38.

 -  Генералов В. И. Результаты экспрессного рентгено-флюоресцентного анализа при ведении полевых работ на золоторудных объектах // «Зoлотодобыча». — 2016 — №12 (216). — с. 35–36

-  Генералов В. И., Арипов А. С.,  Гичко А. А. Опыт ведения буровых работ при разведке глубокозалегающей россыпи золота // «Зoлотодобыча». 2018 — №7 (23). — с. 37–40.

- Обсуждение статьи «Опыт ведения буровых работ при разведке глубокозалегающей россыпи золота» (авторы: В. И. Генералов, А. С. Арипов, А. А. Гичко) // «Зoлотодобыча». — 2019. — №2 (243). — с. 30–33. ■

 


-2+2
Просмотров статьи: 5613, комментариев: 85       

Комментарии, отзывы, предложения

Предупреждение, 04.11.21 15:31:53 — ПВМ, 04.11.21

Вы со своими яйцами лезете в чужое гнездо, как кукушка. Это статья В.И.ГЕНЕРАЛОВА . К ЕГО статье ГК Теллур и их метод отношения не имеет. Ваш комментарий будет удален в течение суток, сохраните его, может сгодиться для вашей статьи: https://zolotodb.ru/article/12035

Генералов В.И., 04.11.21 20:08:01 — ПВМ

Пока Ваш комментарий не удалили.

Цитата из комментария от 04.11.2021: "Одновременно со мной эту методику разработал ленинградский геофизик М. К. Овсов под названием «Методология картографической интерпретации и структурного анализа геоданных». Об этом я узнал из его публикаций (можно найти в поисковике по имени автора) лишь в 2014 году".

Напишите отдельную статью об этой "Методологии ...". Потом и будем полемизировать.

Генералов В.И., 05.11.21 09:03:58 — ПВМ, Дмитрию_М

Пока ещё не удалили Ваш комментарий. Заметьте, не я первый начал.

Генералов В.М., 25.08.19 17:18:21 — Виктору: ...Нет дискуссии по теме статьи. Если можете, приведите положительные примеры из вашей практики по поиску и оценке золоторудных кварцевых жил с помощью площадных геолого-геофизических методов. Приведите конкретные методы исследований, соотношение площадных параметров аномалий и рудных тел, соотношение интенсивности аномалий и средних содержаний металла в рудных жилах, оценку запасов (ресурсов) по геохимическим и геофизическим признакам и их подтверждение по данным разведки. Это интересно и полезно".

Почему-то все авторитетные геофизики и вы в том числе, живо критикуют всё и всех, но так и не написали ни одной внятной статьи относительно золоторудных объектов (т.е. рудных тел и запасов промышленных категорий), выявленных геофизическими методами. Пусть Дмитрий_М поведает об успехах ГК "Теллур", а Вы - о "«Методологи картографической интерпретации и структурного анализа геоданных». Пока здесь читаю только голословные самовосхвалительные слова. Или вам слабо?!

СНС, 05.11.21 09:40:54 — Генералов В.И., 08.11.20

Виктор Иванович, пока мы (и вы) говорили о необходимости анализа проб с предварительной гравитацией, Rocklabs уже сделали "ГРАВИТАЦИОННЫЙ КОНЦЕНТРАТОР ЗОЛОТА/ GRAVITY GOLD CONCENTRATOR"

Гравитационный Концентратор Золота Rocklabs применяем для предварительного концентрирования проб с неравномерным распределением золота крупностью частиц не менее 0.5 мм. Предназначенный для устранения проблем, связанных с проведением точного анализа проб с неравномерным распределением золота.

Предназначен для проб массой до 10 кг.

Позволяет получить концентрат небольшой массы.

Оснащён вращающим отсекателем, который позволяет формировать представительную, небольшую по массе, пробу хвостов.

Не требует специального приготовления пульпы.

Позволяет снизить до минимума влияние наличия свободного золота на результаты аналитических исследований.

Позволяет улучшить контроль качества, оптимизировать производственный процесс, сократить количество отходов.

Генералов В.И., 05.11.21 12:36:35 — СНС

Вы, СНС, меня постоянно путаете с неким Виктором Ивановичем. Я, Владимир Иванович Генералов. Измените ваш справочник. С гравитационным концентратором золота GRAVITY GOLD CONCENTRATOR весьма интересно по-подробнее познакомиться на страницах журнала Золотодобыча.

СНС, 05.11.21 14:51:35 — Генералову В.И

Владимир Иванович, приношу извинения. Я знаю, что вы Владимир Иванович и ни с кем вас не путаю. Нечаянно ошибся, не сердитесь.

ПВМ, 02.12.21 16:00:31 — Предупреждение, 04.11.21 15:31:53

Уважаемый СНС. Не мог сразу ответить. Вы удалили мой комментарий, как не относящийся к теме статьи. Позвольте с вами не согласиться. Попробую обосновать.

Автор предлагает методику комплекса поисково-оценочных работ, включив в него все известные ему методы «оперативной диагностики золоторудных зон».

Участники комментариев живо включились в обсуждение отдельных методов и методик полевых и аналитических работ, включенных в комплекс. При этом остались вне поля зрения два ключевых абзаца статьи. Начальный: «Полевая диагностика золоторудных зон начинается с металлогенического анализа лицензионной площади. Собирается, обобщается и анализируется комплексная информация по ГСР-200, ГСР-50, площадным и профильным поисковым, шлиховым, геохимическим и геофизическим работам. В результате этого этапа работ разрабатывается рудная модель прогнозируемого месторождения и очерчиваются на карте границы перспективных участков». И заключительный, где он отмечает: «результаты традиционного комплекса поисково-оценочных работ… оказываются, как правило, неопределенными, и только на 5–10% лицензионных участках работы приводят к открытию месторождений…».

Если не принимать во внимание рекламный характер статьи, то главную ее тему можно обозначить как повышение геологической и экономической эффективности ГРР. Цитата: «Выполнение комплекса поисково-оценочных работ по предложенной нами методике позволит сократить в 2–3 раза существующие сейчас финансовые затраты и время на поиск и оценку месторождений».

Именно прогнозно-металлогенические исследования на стадии подготовки работ являются наиболее слабым звеном поисково-оценочных работ. Низкая эффективность этого этапа и порождает печальную статистику. И именно развитию этой темы, а не саморекламе и рекламе ГК Теллур, был посвящен мой удаленный комментарий.

Напомню, вопрос о переходе от прямых поисков к прогнозированию месторождений ПИ стоит, по крайней мере, с начала 70-х. Но приведенная автором статистика до сих пор не изменилась, что определенно говорит об отсутствии какого-либо прогресса в части интерпретации и анализа исходных геоданных на подготовительном этапе работ. Главная причина, это дефицит достоверной информации о «глубинной» геологии исследуемых недр, в первую очередь о линейных параметрах выявленных пунктов минерализации и рудообразующих зон. Конечно, необходимый объем данных для отрицательной оценки обычно накапливается в процессе горно-буровых работ, но средства, силы и время уже безвозвратно потрачены.

Поэтому поиск альтернативных источников получения дополнительной информации взамен ГРР и поиск методики составления достоверной модели потенциального объекта, как инструмента изучения геологической среды, задача не менее важная, чем методика полевых работ. Удачное решение этой проблемы помогло бы исключить на подготовительной стадии объекты, заведомо бесперспективные и с неопределенными перспективами, а из числа оставшихся выбрать и при минимальных затратах сил, средств и времени доказательно оценить перспективность изучаемого объекта и, при необходимости, остановить работы на ранней стадии изучения площади. Уверен, вопрос заслуживает того, чтобы рассматривать и обсуждать его наравне с геофизическими методами, шагом наблюдений, интервалами опробования, аналитикой и прочим.

Описанный автором «металлогенический анализ лицензионной площади», применяемый практически без изменения десятки лет, а также манера и риторика его общения с участниками обсуждения не дают повода для оптимизма. То, что предложенный комплекс не является ни новым, ни эффективным убедительно обосновано в комментариях Дмитрий М. В ответ на обвинения автора в непрофессионализме и голословии, он вынужден описать алгоритм и результаты работ своей компании (см. Дмитрий_М, 19.08.19 01:35:16 и далее). А потом еще и повторить несколько раз. Потому что описанная им геологическая и экономическая эффективность работ: «Это можно получить только за счет получения корректной информации о геологическом строении рудного узла, рудных полей и отдельных рудных зон, геолого-структурной, тектонической позиции каждого элемента относительно более высокоуровневых региональных элементов и взаимоотношения с структурами более локальными. Мы сможет четко и обоснованно проводить, понимать результаты работ каждого этапа, выполнять геологический прогноз и проектировать работы следующего этапа. На месторождениях золото-кварцевого и золото-сульфидно-кварцевого типа рудные тела и рудные зоны всегда имеют четкую геолого-структурную позицию в структурном парагенезисе (структурном рисунке) рудного узла и рудного поля», кажется фантастичной и не укладываются в привычные представления участников.

Прошу обратить внимание на выражение «корректную информацию о…». Повторюсь, в существующей практике ее можно получить только с помощью больших объемов горно-буровых работ. Из его комментариев можно сделать вывод, что в ГК используется высокоэффективная, но еще не получившая широкого распространения в практике ГРР, «Методология картографической интерпретации и структурного анализа геоданных» М. К. Овсова, где основным источником геологической (картографической) информации являются геофизические поля (не путать с «аномалиями»).

Несколько слов об истории создания методологии. Первые шаги по геологической интерпретации геоданных на основе структурного анализа геофизических полей начаты в 80-х годах, почти одновременно в Ленинграде и Бурятии. К началу 2000-х она практически оформилась в современном виде и описана в нескольких публикациях ее автора М. К. Овсова, в то время сотрудника «Рудгеофизики» и «Невскгеологии».

К настоящему времени ее эффективность проверена и доказана, независимо друг от друга группой северо-западных компаний (ГК) по всей России и мною в Сибири, на десятках полиметаллических и золоторудных площадей, месторождений, рудных полей и узлов. Мои попытки опубликовать результаты работ не имели успеха. Информация о результатах, приведенная в комментариях Дмитрия М, первое встреченное мной сообщение о ее применении на производстве. Он не упоминает о самой «Методологии», вероятно потому, что знает о проблемах с ее внедрением и считает ее применение обычным делом. К тому же, лично не участвует в создании структурно-петрофизического каркаса эмпирической модели участков, планируемых к изучению, а является активным пользователем (по терминологии М.К. Овсова) и сообщает нам о реально достигнутых результатах интерпретации и полевых работ, которые возможны только с ее применением. Поэтому посоветую всем более внимательно отнестись к его комментариям, хотя уверен, что при первом знакомстве они покажутся бредовыми.

Технология интерпретации - обширная и сложная тема. Достаточно сказать, что она не имеет ничего общего с компьютерными манипуляциями с массивами цифр. Это структурный анализ геофизических полей с целью выделения неоднородностей их строения, как носителей информации о геометрии и линейных параметрах элементов геологического строения недр. При этом «аномалии» не содержат того магического смысла, который придают им геологи, а являются рядовыми неоднородностями поля, так же требующими истолкования их геологической природы. Полученный в результате интерпретации «структурно-петрофизический каркас» и текстовые пояснения к нему составляют исходную эмпирическую структурно - петрофизическую модель недр. «Структурно-петрофизическая основа» несет информацию не только о картографических образах геологических структур разного ранга, но позволяет увидеть их пространственную и временную соподчиненность. Кроме того, комплекс петрофизических характеристик картографических образов дополняет информацию, полученную геологическими, геофизическими и геохимическими методами, до минимума сужает количество вероятных вариантов их геологической природы. Наложенная на структурно-петрофизическую основу металлогеническая нагрузка позволяет увидеть структурную позицию известных минерагенических пунктов и таксонов, а дальше опытный специалист легко перейдет к прогнозу и оценке. Исходная эмпирическая модель является основой для составления, в процессе ее практического использования, дополняющих и развивающих ее специальных геологических карт и схем, как рабочих материалов для прогноза и оценки, а также оптимального выбора направления и полевого комплекса исследований на всех стадиях ГРР.

Исходными данными служат фондовые материалы крупномасштабных и региональных наземных исследований и аэросъемок. Колоссальные затраты сил, времени и средств нескольких поколений предшественников на их создание уже понесены, но сегодня они лежат невостребованными потому, что до сих пор не задействован инструмент, преобразующий геофизические поля в геологические знания. На их приобретение и интерпретацию потребуется минимум финансирования и времени. К сказанному добавлю, что геологическая информативность результатов интерпретации тем выше, чем большая площадь, по сравнению с лицензионным участком, вовлечена в анализ на стадии предпроектной подготовки.

Не исключаю, что эти комментарии вы тоже удалите, как не относящиеся к теме статьи. Надеюсь, что хотя бы несколько человек, из числа успевших прочитать, поймут, о чем идет речь, и заинтересуются методологией.

ПВМ, 02.12.21 16:40:31 — Генералов В.И., 05.11.21 09:03:58

Уважаемый Владимир Иванович. Вы заметили мой комментарий и это уже хорошо. Вы обвинили меня в голословном самовосхвалении и так уверены в своих знаниях, что взялись поучать геофизике сначала Виктора, теперь меня. Это обязывает ответить Вам.

Вы настолько хорошо знаете задачи и возможности геофизики в комплексе ГРР, что дважды адресовали (Виктору и мне) шаблон, протащенный специалистами Вашего уровня с первой половины 20-го века до наших дней. Еще и решили «усилить» его убойный эффект: «Почему-то все авторитетные геофизики и вы в том числе, живо критикуют всё и всех, но так и не написали ни одной внятной статьи относительно золоторудных объектов (т.е. рудных тел и запасов промышленных категорий), выявленных геофизическими методами».

Можно было пропустить всю эту бессмыслицу, но, во-первых, она широко гуляет по умам геологов и геофизиков, и, во-вторых, руководствуясь ею, геологи определяют задачи геофизики. Прежде, чем ставить задачи, геолог должен ясно понимать, чего он хочет получить от геофизики, и представлять, насколько реальные возможности геофизики совпадают с его желаниями.

Давайте разберемся с аномалиями, параметрами рудных тел, средними содержаниями, запасами и т. д., настойчиво требуемыми Вами от геофизиков.

Прежде всего надо понимать, что аномалии, это не эксклюзивное порождение рудного тела, а всего лишь локальное отклонение значений геофизического поля от фонового уровня, обусловленное разным минеральным составом тела и среды. Аномальное отклонение поля от одного и того же тела в разной среде может иметь разные знаки и интенсивность, включая нулевые значения.

Геолог-поисковик обычно представляет себе модель предполагаемого рудного тела в тех или иных вмещающих породах и может, пользуясь данными петрофизики, приблизительно оценить, как оно проявится в геофизических полях. Для этого каждый элемент предполагаемой нами модели «рудное тело – околорудные изменения - вмещающая среда» наделяется минеральным составом в %. Определяем значения физических свойств минералов по справочнику, вычисляем средневзвешенные значения петрофизических параметров тела и среды. Разница между ними покажет нам величину и знак (выше - ниже) избыточного значения параметра. Через него можем грубо «прикинуть» ожидаемый аномальный эффект.

Для начала выясним, как будут влиять содержания золота на физические свойства кварцевых жил, а значит интенсивность аномалии.

Мысленно вырежем из кварцевой жилы два блока по тонне весом. В один из них разместим 100 грамм золота (получается фантастическое содержание – 100 г/т). Избыточная масса блока этого блока по отношению к безрудному и аномальный гравитационный эффект от нее составит 0,01%. Увеличим содержания до 1 кг/т. Получим аномальный эффект 0,1%. Это как минимум на порядок ниже погрешности самой высокоточной съемки. Аномальный магнитный эффект будет равен нулю, поскольку кварц и золото имеют одинаковую, близкую к нулю магнитную восприимчивость. Высоко электропроводящее золото замуровано в изоляторе – кварце, поэтому никак не влияет на проводимость и поляризуемость руды. Поэтому ждать результата от любого из геофизических методов не приходится. Анализ можно продолжить для других типов руд и других методов исследований. Картина не изменится - аномальный эффект от золота будет ничтожно мал, а аномалии от самих рудных тел потеряются среди всевозможных вариаций поля, связанных с изменением минерального состава рудных тел и вмещающей среды, и погрешностей съемки.

А задачи интерпретации и методологию применения геофизики, которые вы поставили в своей вводной, сформулированы в первой половине 20 века при работах на железо, полиметаллы и другие высоко аномалиеобразующие ПИ. Теоретики от геофизики, по своей природе математики и физики, не знающие геологии и не ведающие о ее современных запросах и проблемах, протащили их в первозданном виде на золото. А вы бездумно их тиражируете.

Обычно геологи, которые верят этому шаблону и без разбора проверяют аномалии, рекомендованные геофизиками, скоро разочаровываются. Слово «аномалия» для них превращается чуть ли не в бранное, а применение геофизики - в вынужденную и бесполезную трату денег. Поверьте их опыту, не употребляйте это слово не по назначению, и тем более не произносите его в связке с запасами.

Вы требуете от геофизиков положительных примеров и «внятной статьи относительно золоторудных объектов (т.е. рудных тел и запасов промышленных категорий), выявленных геофизическими методами»? Сами-то понимаете свой вопрос?

Положительного примера из моей практики по выявлению именно золоторудных кварцевых жил с помощью площадных геолого-геофизических методов я не помню. И вы вряд ли назовете хотя бы один пример, свидетелем которого были сами. Почему – описано выше. Зато могу представить обширный список положительных примеров по оценке выявленных геологическими методами жил и геохимических аномалий на предмет вероятности их принадлежности к объектам более высокого ранга (это рядовая задача методологии), как и выделение по геофизическим признакам золоторудных столбов в известных рудовмещающих зонах, а также ряд других масштабных задач. Поскольку Перечислять примеры без доказательной базы нет смысла. Вы им не поверите, как и комментариям Дмитрия М.

Повторюсь, методология исходит из цели снабдить геологию не аномалиями, а достоверной картографической и петрофизической информацией для прогнозирования и оценки потенциала рудных объектов, которую не могут дать по разным причинам геологические методы. На первом этапе решается задача геофизического картирования недр, на втором – наполнения выделенных картографических образов геологическим содержанием. Первая задача может решаться подготовленными к этой работе геофизиками, вторая – прерогатива геологов, имеющих достаточные знания и опыт.

Что касается «слабо написать статью»? В столе у меня лежит с десяток проектов статей по результатам интерпретации геолого-геофизических материалов и методике интерпретации, которые требуют участия опытного в публикации геолога, чтобы привести их в соответствие с требованиями и оформить заявку. Хранящиеся в личном архиве графические и текстовые материалы геологической интерпретации, где обосновано наличие ряда рудоформирующих структур разного ранга, от локальных до региональных, структурная позиция минерагенических пунктов от отдельных жил до месторождений и таксонов вплоть до рудных районов, позиция объектов низкого ранга в структурах более высокого ранга, прогнозная оценка их рудного потенциала на определенный тип руд (жилы, минерализованные зоны, штокверки и др.), позволяют без проблем написать еще десятки статей по тектонике, магматизму, металлогении и др. Конечно, в соавторстве с геологами, потому что я не так силен в геологии, как Вы в геофизике.

По части «оценки запасов (?)».

Такого вида работ в геологии нет. Если вы имеете в виду подсчет запасов, то откройте методические рекомендации и посмотрите требования к этому виду работ. Подсчет запасов по геофизике допускается для отдельных полезных ископаемых (золото среди них не числится) по данным скважинных и шахтных методов после проведения опытно-методических работ и защите методики в установленном порядке. А геофизические и геохимические данные, но не признаки, без заверки хотя бы единичными канавами или скважинами тянут не более, как на оценку прогнозных ресурсов по категории Р3.

Если еще есть вводные или вопросы, пожалуйста. Отвечать на них одно удовольствие. Приходится потрудиться, чтобы извлечь из глубин сознания, коротко и понятным геологу языком сформулировать в общем-то простые истины, когда-то увиденные мной и после забытые, но тем не менее используемые в работе на уровне невербальных (чувственно-образных) представлений.

В заключение позвольте и Вам дать совет, не учите других с чужих слов и тому, в чем плохо разбираетесь сами.

Генералов В.И., 02.12.21 19:11:32 — ПВМ

Админу - прошу не удалять этот комментарий, хоть он не имеет никакого отношения к теме статьи. Но комментарий отражает нынешнее состояние науки "геофизика" в части её прикладного (практического) применения к поискам и разведки золоторудных объектов.

ПВМ - представьтесь, кто вы?!. Во все времена псевдонимы и анонимы не приветствовались в просвещенном порядочном обществе.

Из длинного комментария ПВМ следует, что он не видит места геофизических методов при поисках и оценке золоторудных объектов. А ещё он потерял ориентиры (цели) в своей работе. Геофизика, как и любой другой косвенный рудопрогнозирующий метод (геохимия, ДЗЗ, математическое моделирование, опробование, геологическое картирование, биофизика, лозоискательство, умозрительное интуитивное обобщение и т.д.) имеет здравый смысл только при сопоставлении с данными эксплуатационной добычи. Если не можете ваши геофизические параметры сопоставить с параметрами конкретных рудных тел (естественных геологических образований), то и смысла в ваших трудах нет.

Вынужден защищать честь геофизики в части её применения к золоторудным объектам. Для этого привлекаю свой собственный производственный опыт.

1. На Березовском м-нии золота (Ср. Урал) геофизики УГРЭ выполняли метод РВП (радио-волновое просвечивание) в шахтном варианте. Тогда ЭВМ ещё не было. Но они способом сопряженного наблюдения или методом азимутальных засечек выявляли и картировали субвертикальные столбы золото-сульфидно-кварцевых руд (т.н. бонанцы).

2. Мне приходилось анализировать результаты профильной магнитной разведки с шагом 5-10 м. При вскрытии канавами свиты золоторудных кварцевых жил, оказалось, что в рудной зоне значения локального магнитного поля были минимальны. Но жилы были проявлены в зоне развития березитов. Так вот, внешняя зона березитов (хлорит-альбит-карбонатная зона) имела слабо повышенные значения. На графике по профилю золоторудная зона была проявлена в виде верблюжьих горбов. В сочетании с данными геофизики (минус в центре, плюс на флангах), геохимии (плюс в центре и минус на флангах) и геологического картирования гидротермальных зон березитов, золоторудные зоны выявлялись достаточно отчетливо.

3. Мне приходилось анализировать большой объем каротажных исследований (ВП, Магнитометрия, ГК, КС-ПС, в ограниченном объеме ЕП). Золоторудные кварц-сульфидные зоны (жилы) фиксировались локальным магнитным минимумом, локальным максимумом ВП, сабо повышенными значениями ГК. Сопоставление магнитки и ВП позволяет разделить пиритовую минерализацию (где-то рудная, где-то безрудная) от пирротиновй минерализации (где-то безрудная, а где-то рудная).

4. А если добавить ещё специализированную геологическую документацию и РФА промер керна на 40 элементов, то полевая диагностика (оконтуривание) золоторудных зон будет однозначна.

Такому комплексированию методов и посвящена настоящая статья.

Генералов В.И., 04.12.21 08:31:53 — ПВМ

К комментарию ПВМ от 02.12.21 16:00:31 — Предупреждение, 04.11.21 15:31:53.

Обращаю внимание, что не я первый начал.

ПВМ обратил внимание на необходимость сбора и обработки архивной информации по лицензионной площади с целью разработки рудной модели прогнозируемого месторождения. По его самовосхвалительным словам он считает самого себя сведущим специалистом в этих моделях. Но ПВМ совершенно проигнорировал главное требование к успеху работы, изложенное в моей статье. Это формирование трудового коллектива, нацеленного на достижение конкретного результата - обнаружение, разведка и освоение месторождения. Прогнозирование, поиск, оценка и разведка рудного объекта должна выполняться одним коллективом! По-простому, "за базар" надо отвечать на всех этапах "дела". И платить надо не за "красивые слова" и "красивые компьютерные модели", а за конкретные вскрытые пересечения рудных тел, подтвержденные представительными и достоверными данными опробования. По-простому, платить надо не оклад и персональные надбавки "ценному специалисту", а сдельные расценки за каждую выявленную "рудную" пробу (т.н. бригадный подряд). Однажды в геологической камералке Вишневогорской ГРП висел плакат: "Выступаешь - предлагай, предлагаешь - делай!"

ПВМ, Дмитрий_М и весь славный трудовой коллектив ООО "Телур" - напишите статью о геофизических успехах в открытии золоторудных объектов. Пока только пишите много букв.

ПВМ, 04.12.21 18:18:28 — Генералов В.И., 02.12.21 19:11:32

Владимир Иванович, спасибо за скорый ответ. И за заступничество перед админом.

А еще спасибо за отстаивание чести геофизики.

Прочитал все комментарии на несколько раз, чтобы понять позицию каждого участника и пройденную им «школу» поисково-оценочно-разведочных работ. В Ваших высказываниях я увидел редкое для геолога-поисковика свойство – замечать в словах других только то, что знакомо и близко ему, и пропускать мимо ушей или глаз все, что незнакомо или противоречит его представлениям. Видимо сказывается съемочная школа, где дефицит достоверной полевой информации часто компенсируется умозаключениями, сделанными на принципах аналогии. А без доказательной базы, кто переговорил или главнее, тот и прав. Вот и здесь вы приводите примеры, которые однажды увидели и запомнили на всю жизнь.

Кстати о примерах, писал выше и подчеркну еще раз - в эту полемику я ввязался не затем, чтобы показать свои заслуги. Есть древняя пословица? Хочешь накормить человека один раз, подари ему рыбу, хочешь чтобы он был сытым всегда, подари сеть. Так вот, я хочу оставить после себя сеть. А рыбы (примеров) достаточно показал своих в комментариях Дмитрий М и немного я. Но вы их не увидели, потому что это за гранью ваших представлений о геофизике. И еще о школе. Дмитрий М - геолог, я - геофизик, живем и работаем мы за 5 тысяч километров, я его впервые увидел в комментариях, он вообще не знает о моем существовании. А говорим мы об одном и том же и одним языком. Не наводит на размышления?

Правда есть еще одно совпадение – по вашим оценкам, оба мы безграмотные пустобрехи. И вообще, Вы не замечаете, как все Ваши обсуждения с участниками превращаются в перебранку? Кажется, я тоже втягиваюсь в это.

В своем вопросе Виктору и мне вы четко обозначили предмет обсуждения – «площадные работы –кварцевожильный тип руд, связь размеров и интенсивности аномалий со средними содержаниями металла и запасами промышленных категорий». На него я и ответил, насколько мог коротко и доходчиво. Если бы вы спросили о минерализованных зонах и штокверках, ответ был бы другим, потому что это совершенно другая геология и петрофизика, совершенно по другому проявленная в геофизических полях.

Насчет «не видит места геофизики в комплексе», почитайте внимательнее мои комментарии. Я его прекрасно вижу, но не там, где видите его вы.

Вы черпаете свой геофизический опыт из отчетов, а я эти отчеты делал и давал отзывы на десятки отчетов других геофизиков, поэтому кухню знаю изнутри.

Вы пишете, что вам «приходилось анализировать» чужие материалы и по ним учите меня. Так, за почти 30 полевых и намного больше камеральных сезонов я проанализировал комплексы геофизических полей и геологических отчетов, своих и предшественников, не менее чем по сотне участков и могу вам привести сколько угодно примеров. Потому что каждый объект и каждый участок, а значит и их геофизические поля неповторимы. Метод аналогии, как в геологии, или заученные прописные истины, часто ложные, здесь не помогут. Нужны глубокие знания природы и специфики геофизических полей. А то, чему вы пытаетесь меня научить, я проходил будучи молодым специалистом.

Благодаря всем известным особенностям планирования ГРР, результаты геофизические работ, как правило, отстают от геологических. Поэтому «аномалии», посаженные задним числом на геологические карты и разрезы часто приходятся к месту. А вы пробовали, имея под рукой только ГК-50 и графики полей, из десятков разнообразных аномалий выбрать перспективные на жилы с промышленными параметрами? Сами-то Вы сколько аномалий проверили по рекомендациям геофизиков или по собственной инициативе? И сколько из них хотя бы с грамовыми содержаниями?

Как работают шахтные и скважинные методы, я изучил, непосредственно участвуя в разведке Зун-Холбы и подготовке отчетов для ГКЗ по ней и еще двум месторождениям. На Зун-Холбе эти методы были так бездарно выполнены, что главный инженер экспедиции, сам каротажник, вопреки обыкновению, не участвовал в составлении и даже не читал раздела. Так вот, я нашел для эксперта несколько подходящих каротажных диаграмм и нужные слова для описания результатов. Остальное все запрятал в «рабочие материалы». Составленные по наземным работам эмпирические модели месторождения и рудного поля наглядно показали и поисковые признаки рудных зон, и структурную привязку известных месторождений и рудопроявлений. И, конечно же, каждому из почти десятка рудных тел месторождения нашлась своя, кстати совсем не похожая на другие, аномалия.

Рецензент ГКЗ оценил работы и отчет на хорошо, с оговоркой, что не может поставить 5 потому, что геофизика в принципе не работает на золото. А главный инженер был настолько шокирован оценкой, что потом несколько раз просил меня показать рецензию. К сожалению, сразу я ее не взял, а потом отчет ушел под гриф СС.

ПВМ, 04.12.21 18:20:17 — Генералов В.И., 02.12.21 19:11:32

Я знаю, что вас обычно интересует послужной список оппонента. Пожалуйста. Надеюсь вы не посчитаете его хвастовством и самовосхвалением.

Пузаков Василий Михайлович – горный инженер-геофизик, выпускник Свердловского горного института (РВ-65-4).

Резюме:

- 1965-72 гг - учеба и два года армейской службы;

- 1972-75 гг – поступил на работу в Геофизическую экспедицию ПГО «Бурятгеология», исполнитель на методе ВП при крупномасштабных поисках полиметаллических и золоторудных объектов в Бурятии;

- 1976-85 гг – ответственный исполнитель, затем руководитель сопровождающих наземных геофизических работ в Озернинском РУ, при геологическом доизучении глубоких горизонтов и флангов известных месторождений и рудопроявлений, поисках новых глубинных объектов. В узле около 30 месторождений и рудопроявлений железа, полиметаллов, марганца, золота, бора и прочего. На все объекты заходили с бурением по нескольку раз с разными предполагаемыми моделями, но месторождения оставались недоизученными, рудопроявления – с неопределенными перспективами. Главная причина общеизвестна – сколько ни бури, недостает информации о контурах и внутреннем строении объектов. Всегда за скважинами остается неопределенность.

В 60-х, весь РУ был закрыт гравикой, магниткой, КЭП, частично - вариометрией, профильными ВП и ВЭЗ. Поэтому первоначально в проекте были заложены профильные работы (ВП-СГ и ВЭЗ с разносами АБ до 6 км, вариометрия) по буровым профилям с задачей корректировки точек заложения поисковых скважин. Поскольку проблема оконтуривания не решалась, кроме того выяснилось, что рудные тела в основном имеют крутое падение, я настоял в 79-м году на площадном ВП-СГ и переходе на зондирование ТЭЗ (ЦЭ)-ВП. В результате, появилась возможность определять линейные и петрофизические параметры потенциальных рудных тел и месторождений, корреляцию элементов их строения. По существу, были сделаны первые шаги по становлению методологии геологической интерпретации геоданных. Составлены геолого-геофизические модели месторождений Озерного, Назаровского, Гурвунурского и др., ряда рудопроявлений и перспективных геологических участков, выделены потенциально рудные аномалии, дана оценка полноты их изученности и перспективности, рекомендованы дополнительные линии и скважины поискового бурения для геологической заверки рекомендаций. По отзыву главного геолога ГРЭ: «Геофизические аномалии блестяще подтверждались». Вероятно, по его настоянию в 84-м году наша геофизическая партия в полном составе была переведена с других объектов на рудный узел. До этого весь мой отряд состоял из меня, техника-геофизика и инженера-электронщика. Я составил проект на 5 лет (редкий для тех времен случай), комплекс работ включил, кроме названных выше методов, пересъемку устаревших гравики и магнитки.

Все рудные объекты в ОРУ так или иначе связаны с магнетитовой, гематитовой или пиритовой минерализацией от единиц до десятков %. Если с железом все более-менее понятно, то корреляции содержаний пирита со свинцом, цинком или медью, тем более между аномалиями и полезными компонентами не обнаруживается. Поэтому в течение 4 лет, моим отрядом и группой НПО «Рудгеофизика», в узле проводились совместные опытно - методические исследования с двумя многоцелевыми станциями СВП-74. Задача – оценка возможностей различных методов и методик ВП по разделению аномалий по типам сульфидных руд (вкрапленные – сливные), наличию и содержаниям в них полезных компонентов. Не вдаваясь в подробности скажу, что ожидаемого положительного результата не получено. Также отрицательные результаты получили еще три опытно-методические группы, работающие под эгидой других НИИ по другим методикам.

Это еще больше убедило меня, что выбранное мной направление геологической интерпретации геоданных необходимо дальше развивать и совершенствовать.

Кстати подчеркну, в ОРУ объектом поисков и изучения являются именно аномалии, поскольку промышленно значимые рудные тела содержат десятки % рудных минералов. А сколько в них ПИ, это задача для бурения и аналитики. На золоте, таких условий нет, поэтому поиски именно и только аномалий, ничего кроме вреда геологии не приносят.

С 1986 по 2010 гг – старший, главный, ведущий геофизик - руководитель наземных геофизических работ на золото:

- 1986 - 1991 гг - разведка Зун-Холбинского месторождения, оценка прогнозных ресурсов Холбинского рудного поля. Разработка и защита в НСАМ методики количественного РРА 3 категории руд месторождения на попутные компоненты – цинк, свинец, медь. Автор геофизического раздела отчета по разведке. Защита раздела в ГКЗ;

- 1992-93гг – анализ и интерпретация материалов региональных геофизических работ к проекту ГДП - 200;

- 1994-98 гг – работа по договорам, составление геофизических разделов ряда проектов и отчетов. Автор геофизического раздела по разведке угольного месторождения;

- 1999-2001 гг – ревизионно–поисковые работы в золоторудных районах Бурятии. На исследованных участках выявлены и разведываются с попутной добычей 2 месторождения ;

- 2002-10 гг – прогнозно- металлогенические исследования, прогнозная оценка известных, поиски новых золоторудных объектов в Кедровско-Ирокиндинском РУ, Холбинском и Новофирсовском РП, ведущий геофизик геолотдела ОАО «Бурятзолото»;

- 2013 г – составление геофизического раздела отчета по разведке месторождения «Прогноз» (Якутия).

Везде используется методология геологической (картографической) интерпретации с составлением эмпирических структурно-петрофизических моделей.

Как видите, за плечами у меня нерядовой опыт работ на золото и не на пятых ролях.

Генералов В.И., 04.12.21 20:51:55 — Пузакову В. М.

Уважаю людей, которые не скрывают свои фамилии и профессионально представляются. Я тоже поступил в СГИ в 1969 г. (специальность РМ-1) и имею более 40 лет геологического производственного стажа. Автор и соавтор более 80 различных научных, производственных отчетов, монографий и статей (съемка, поиски, оценка, разведка, подсчет запасов МПИ меди, цинка, железа, золота, ниобия, урана различных геолого-промышленных типов). А еще автор и соавтор трех комплектов листов госгеолкарт-200 (все изданы), где был автором карт полезных ископаемых и закономерностей их размещения. Кстати, представление о геологическом строении м-ния Зун-Холба и окружающих его рудных объектах имею, так ООО "РБК" (где я работал главным геологом) несколько лет выполняло договорные работы "Бурятзолоту". Я по долгу работы обязан был познакомиться с геологией этого месторождения и района работ и провел изрядное время в фондах "Бурятгеологии". Возможно и ваши отчеты просматривал (изучал). Но не здесь место меряться у кого "отчеты толще".

Журнал "Золотодобыча" - это специализированный производственный журнал золотодобытчиков. И их интересуют практические решения обнаружения и разведки конкретных золоторудных объектов и россыпей. Ваши геофизические модели истолкования геологического строения территорий - это для публичных журналов ВСЕГЕИ, ЦНИГРИ, ВИМС. Здесь же нужна конкретика, относящаяся к выявлению, оконтуриванию и оценки (подсчет запасов) рудных тел. Существующие инструктивные методики поисков, оценки и подсчета запасов золоторудных и россыпных объектов нуждаются в доработке и изменениях. Большие проблемы в методике отбора проб и их оценке в достоверности и представительности. Проблемы в организации и сроках обработки первичной информации. В поле геологи (и геофизики) золоторудные объекты не видят. Производится "тотальное" опробование всего выбуренного керна. Лаборатории на 95-99% завалены "пустыми" пробами. Оплата труда производится за абстрактные погонные метры, точки наблюдения, штуки проб и совершенно не привязаны к практическому результату - количеству выявленных рудных пересечений. Компьютерные модели рудных тел и подсчет запасов делают люди (геологи и геофизики), которые не добывали и не изучали исходный каменный материал. В тоже время, полевые геологи, непосредственно изучающие каменный материал, лишены доступа к построению рабочих моделей конкретных рудных тел.

В своей серии из шести статей (эта последняя, обобщающая) я предложил выход из сложившейся сложной ситуации. Он основан на трех принципах. Первый - диагностика рудных зон должна производиться непосредственно в поле. Для этого требуется соответствующая аппаратура и обученный персонал. Рабочий компьютерный каркас месторождения должен создаваться в поле и обосновываться полевыми геологами (геофизиками, геохимиками). Второй - любые методы исследований (геология, геохимия, геофизика, опробование, экспресс-анализ содержания ПИ) являются косвенными методами, но все вместе они дают однозначный результат (т. н. мультипликативный эффект). Третий - все работы от проектирования до подсчета запасов выполняет один трудовой коллектив из геологов, геофизиков, геохимиков. Заработок они должны получать за конкретные выявленные рудные сечения, подтвержденные данными объективного (представительного и достоверного) опробования.

Если у Вас есть, что конкретного предложить по теме статьи - напишите.

Дмитрий_Мизиряк, 05.12.21 17:25:37 — Пузакову В. М., Генералову В.И.

Пузакову В. М.

Василий Михайлович. Спасибо за отзывы. Надо будет связаться с вами, так как собственно работы М.К. Овсова я не читал( надо, займусь в ближайшее время), но судя по введению диссертации это базовые положения массы работ геофизиков, геохимиков, геологов-структурщиков в 1980-2010-е, посвященные проблемам прогнозирования, комплексирования методов, интерпретации геофизических данных и т.д. Если напишете мне на почту dimon7cux@mail.ru - буду признателен.

Объяснить что либо В.И. Генералову бесполезно, так как он исходит из логической формулы времен Карла Шлюмберже "аномалия = аномалиеобразующий объект = рудное тело". Не он один, к сожалению. Попытки объяснить, что мы вообще имеем дело на той же магнитке( ВП-СГ, геохимии, гравике, космоснимке и т.д.) не с аномалиями, а с отражением структурного рисунка( структурного парагенезиса) территории в магнитных полях натыкается на непониманием и вечную попытку найти аналог.

Типичная беседа с коллегами-геологами, показываю отличную картинку, где идеально садится рудное тело на тектонизированный контакт пород( гранито-гнейсы и метагаббро), отличающихся по сопротивлению, намагниченности и поляризуемости(!).

Сразу ответ - "А почему вот у тебя тут схожая картина полей, а рудного тела нет? Не работает твоя геофизика на золоте.".

Генералову В.И.

1) Владимир Иванович, никто не спорит с вашими тремя принципами. Особенно с вторым, и отчасти с третьим. Я вам пытался объяснить, что работает комплексирование методов чуть по другому. И надо использовать другую логическую формулу, не столетней давности.

2) Сейчас, получив чуть другой опыт работы на новых промышленных типах месторождений, могу сказать, что далеко не всякое золоторудное тело вообще можно диагностировать в поле, и как-то оконтурить его границы без массового опробования. Порфировые месторождения, золотоносные кварцевые микроштокверки типа Чульбаткана, месторождения Приамурья типа Албына. И даже не всегда тут поможет использование портативного XRF- анализатора.

Не на ровном месте на таких месторождениях при подсчете запасов начали применять для оконтуривания естественный борт вместо выделения собственно рудных тел.

Студент, 06.12.21 06:43:40 — Дмитрий_Мизиряк, 05.12.21

Пожалуйста, поясните, что такое "естественный борт" в вашей фразе. Я что-то не помню такого термина. Может проспал когда-то лекцию. Спасибо.

"Не на ровном месте на таких месторождениях при подсчете запасов начали применять для оконтуривания естественный борт вместо выделения собственно рудных тел."

Генералов В.И., 06.12.21 18:34:54 — Пузакову В.М. Дмитрию_Мирзяку

Комментарий получился длинный, но надеюсь, для читателей интересный.

Пузакову В.М. Василий Михайлович, вы заинтриговали диссертацией Овсова М.К.! Обязательно напишите статью о новых принципах прогнозирования и оценки золоторудных объектов. Это очень интересно и познавательно!

ДмитриюМизиряку. Василий Михайлович отождествляет вас с ДмитриемМ, как одно лицо. Судя по тексту комментария, он прав, и тогда мы имеем длительную оживленную дискуссию по поводу моих статей. Пока мы пришли к единодушному выводу, что оба не понимаем друг друга. Я долго размышлял о причинах этого непонимания. Полагаю, что причина в разных уровнях профессионализма. Для количественного определения уровня профессионализма тогда я придумал 6 ступеней познания, о чем ДмитрийМ прекрасно знает, так как в своих комментариях уже неоднократно приводил эту классификацию. По моим представлениям, он находится на 4-ой ступени познания «я все знаю и мое мнение неоспоримо». Этот уровень характерен для «молодых» руководителей геологических служб государственных или частных организаций. Со временем они поднимутся на 5-ую ступень развития «ничего не надо менять, иначе будет хуже». Наивысшая 6-ая ступень познания, где, как полагаю, я нахожусь, звучит: «надо начинать все сначала». Поэтому у меня к ДмитриюМ добрые и приветливые чувства. У него все еще впереди. Специалисты 4-го уровня считают, что у них рабочее место – это руководящее кресло в головном офисе предприятия. Специалисты 6-ого уровня считают, что их рабочее место в поле за изучением каменного материала (керн, канавы, геологические маршруты), за оперативным анализом полевой цифровой информации (геофизика, геохимия), за оперативным анализом этой комплексной информации и построением компьютерных рабочих моделей рудных объектов. Работы сначала проводятся по отдельным опорным профилям, затем на основе этих профилей создаются геологические модели по опорным створам, а в конце работы на основе этих створов создается объемная площадная модель рудного объекта. Есть очень хороший критерий оценки уровня профессионализма. Специалисты 4-го уровня не приветствуют (боятся) оценивать свой заработок по числу выявленных рудных пересечений, подтвержденных данными объективного (представительного и достоверного) опробования. А специалисты 6-го уровня желают иметь такую систему оплаты труда. Для того, чтобы этого «не бояться» внимательно читайте текст настоящей стати.

Теперь подробно разбираю текущий комментарий Дмитрия_Мирзяка, где я его традиционно не понимаю.

1. «Объяснить что либо В.И. Генералову бесполезно, так как он исходит из логической формулы времен Карла Шлюмберже "аномалия = аномалиеобразующий объект = рудное тело". Братья Конрад и Марсель (нет Карла) Шлюмберже основали в 1927 году «общество электрической разведки (ПРО)». По сути дела, это были авантюристы, которые в разных странах пытались заработать деньги на примитивном электроразведочном методе в нефтяной геологии. Они до 1937 года поработали и в СССР, тока их не выгнали из страны. Положительным моментом их деятельности стало производство электрического потенциометра ЭП-1, разработанного профессором Голубятниковым. Этот прибор верой и правдой прослужил более 40 лет в электроразведке. Негоже специалисту геофизику хаять и коверкать историю становления электроразведочной геофизики.

2. «Не он один, к сожалению. Попытки объяснить, что мы вообще имеем дело на той же магнитке ( ВП-СГ, геохимии, гравике, космоснимке и т.д.) не с аномалиями, а с отражением структурного рисунка( структурного парагенезиса) территории в магнитных полях натыкается на непониманием и вечную попытку найти аналог. Типичная беседа с коллегами-геологами, показываю отличную картинку, где идеально садится рудное тело на тектонизированный контакт пород ( гранито-гнейсы и метагаббро), отличающихся по сопротивлению, намагниченности и поляризуемости(!).Сразу ответ - "А почему вот у тебя тут схожая картина полей, а рудного тела нет? Не работает твоя геофизика на золоте".

Здесь два критических комментария.

2.1 «Вечная попытка найти аналог». В философии метод актуализма (аналогии) является основным инструментом познания. Он обоснован Аристотелем, Гегелем и другими философами. В геологической науке он общепринят и других принципов в литературе я пока не встречал. Как, я понял, у вас иные принципы познания. Познакомьте читателей с «отцами-основателями» ваших новых принципов исследований и приведите положительные примеры в обнаружении и оценке золоторудных объектов.

2.2. «Попытки объяснить, что мы вообще имеем дело на той же магнитке ( ВП-СГ, геохимии, гравике, космоснимке и т.д.) не с аномалиями, а с отражением структурного рисунка( структурного парагенезиса) территории в магнитных полях натыкается на непонимание… показываю отличную картинку, где идеально садится рудное тело на тектонизированный контакт пород ( гранито-гнейсы и метагаббро), отличающихся по сопротивлению, намагниченности и поляризуемости(!).Сразу ответ - "А почему вот у тебя тут схожая картина полей, а рудного тела нет? Не работает твоя геофизика на золоте". Контакт двух некомпетентных (контрастных по свойствам) геологических слоев всегда прекрасно отражается в физических полях! Это еще проходят на начальных курсах горной школы при обучении геологической грамоте. И если это контакт гранодиоритовой интрузии и вулканитов основного состава зеленокаменной ступени метаморфизма, то геолог совершенно прав: "А почему вот у тебя тут схожая картина полей, а рудного тела нет? Не работает твоя геофизика на золоте". Локализация рудного тела зависит от первоначального положения контакта. Если контакт был вертикальный – то все рудоносные гидротермы и тепло «со свистом» вышли в атмосферу. А вот если контакт был наклонный (зона надвига), да еще висячий блок был вулканогенным, а лежачий был представлен более поздними гранитоидами, то на этом участке весьма вероятна локализация золотых руд. Поэтому ваш геофизический «структурный рисунок» является лишь первоначальной основой для поиска рудных объектов, а не конечным результатом «современных» исследований.

3. «Сейчас, получив чуть другой опыт работы на новых промышленных типах месторождений, могу сказать, что далеко не всякое золоторудное тело вообще можно диагностировать в поле, и как-то оконтурить его границы без массового опробования. Порфировые месторождения, золотоносные кварцевые микроштокверки типа Чульбаткана, месторождения Приамурья типа Албына. И даже не всегда тут поможет использование портативного XRF- анализатора».

Здесь два критических замечания.

3.1 «Порфировые месторождения, золотоносные кварцевые микроштокверки ..» Что это за жаргон? Предполагаю, что речь относится к трем разным типам месторождений. Первый, медно-порфировый золотосодержащий. Золото здесь попутный компонент и учитывается в составе селективного медного концентрата. По моему мнению, здесь поиски и оценка (подсчет запасов) идут по «медной» методики и нет никаких проблем в диагностике и оконтуривании руд. Второй тип, золотоносные кварцевые штокверковые зоны. На флангах таких штокверков в зонах выклинок проявлены тонкие «сетчатые» кварцевые жилки, в которых содержание золота обычно весьма высокое (т.н. структуры типа конского хвоста). Промышленная значимость таких блоков пород определяется плотностью развития рудных прожилков. Для оценки таких блоков надо при документации керна считать (фиксировать в журнале документации) число жилок и их суммарную мощность на 1 погм. м керна. Эти жилки легко фиксируются РФА промером керна. Надо только «попадать» окном прибора в эту жилку. Читайте мои статьи, там есть фото таких рудных жилок и данные геохимической интерпретации РФА промера керна. Так, что никаких «непреодолимых трудностей» я здесь тоже не вижу. Третий «порфировый» тип, это низкотемпературные окварцованные карбонатные толщи в зонах структурно-стратиграфического несогласия (т.н. карлинский тип). Здесь золото весьма тонкое, но равномерно распределено по мощной толще окварцованных мраморов. Я на таких объектах не работал, но полагаю, что руды также должны неплохо диагностироваться по комплексу (геология, геофизика, геохимия) признаков. Дмитрий. М., напишите статью про особенности трудно диагностируемых «микроштокверков типа Чульбаткан и месторождений типа Албын». Конкретный фактический материал весьма полезен при анализе различных методик поисков и оценки золоторудных объектов.

ПВМ, 08.12.21 14:26:33 — Дмитрий_Мизиряк, 05.12.21 17:25:37

Дмитрий, здравствуй! Ждал твоего комментария. Думал, что ты потерял интерес к этой статье и было жаль терять такого 100% единомышленника. Разреши обращаться на «ты», на правах аксакала?

По Овсову. Историю вашего варианта методологии могут знать геофизики, в частности Сергеев. Кстати, он может меня помнить. В начале 80-х я часто бывал в «Рудгеофизике» у Михаила Коржевина и Инги Юргенс и базировался в отделе электроразведки, где он был завом.

Недавно проверил, висят ли в интернете статьи Овсова. Те, что как-то касаются методологии, сняты. Но у меня сохранились копии и я их отправлю. Висят только автореферат, но в нем о методологии ни слова, и ряд более поздних статей. Саму диссертацию я не читал. По косвенным признакам сделал вывод, что диссертация посвящена математическому моделированию. Но, поскольку он видел низкую геологическую информативность результатов математической интерпретации, то пришел к выводу о необходимости геологической интерпретации геоданных. Его искания оформились в «методологию картографической интерпретации и структурного анализа геоданных» (комплекса геологических, геохимических, геофизических, петрофизических и прочих данных). Все без исключения данные он (и я тоже) наделяет равной значимостью, но определяя каждому свою роль, с учетом индивидуальных физических, химических и прочих свойств.

Насчет схожей картины полей и «не работает твоя геофизика на золоте». Мало кто из геофизиков, как впрочем и из геологов, осознает тот факт, что геофизические поля отражают статистически закономерное распределение в недрах минеральных зерен, слагающих геологические структуры. Интенсивность поля зависит от физических свойств преобладающих минералов. Отличие золоторудных объектов от железорудных, полиметаллических и прочих в том, что сопутствующая золоту минеральная ассоциация представлена в основном минералами, близкими по физическим свойствам к главным породообразующим - кварцу, полевым шпатам, плагиоклазам. Тем не менее, золоторудные структуры (жильные столбы, минерализованные зоны, штокверки) , как правило, сопровождаются наложенной минерализацией, содержащей ряд минералов, не свойственных вмещающим породам. Таких, как анкерит, сульфиды, слюды, хлорит и др. Благодаря достаточно контрастным различиям их физсвойств и неравномерному распределению в материнских породах, зоны околорудных изменений могут сопровождаться устойчивыми изменениями уровня фона и многочисленными выскоками разного знака. Относительная интенсивность тех и других в магнитном поле (на примере Ирокинды) составляет 10-20, редко до 40 нТл. Т. е. на пределе погрешности съемки средней точности. Я, кроме учета поправок за вариации, учитывал поправки за влияние индивидуального поля оператора, которые кстати составляли у разных исполнителей от 5-10 до 30-40 нТл, поэтому погрешность не выходила за пределы 5 нТл. Этот прием позволял строить графики в вертикальном масштабе 100 и менее нТл/см. Поэтому зоны надежно выделялись. Совмещение карты графиков с рудной нагрузкой показало, что практически все установленные золоторудные столбы жильных зон находятся в контурах «аномальных» участков, а безрудные интервалы привязаны к ровному как стол полю, картирующему мигматиты. По выявленному признаку выделены несколько новых зон метасоматитов. Дан прогноз о вероятности наличия в них рудных столбов. Один из них дал несколько тонн прироста запасов, остальные в резерве.

По этим же признакам были уточнены контуры минерализованной зоны (я бы назвал ее штокверком) на флангах месторождения. Ее площадь увеличена минимум в 3 раза по сравнению с изученной, в контуры вошли несколько непромышленных жил, выделенных ранее как самостоятельные.

Можно ли было получить эту информацию, подходя к камеральной обработке полевых данных формально? Следуя давно заведенному правилу, вертикальный масштаб графиков обычно выбирается из условия читаемости (ненагромождения) и обычно выбирается 500-1000 нТл/см. Легко вычислить, что даже в масштабе 1:10000, описанные мною выскоки обозначатся на графиках «пичками» менее 1 мм. То есть на них будут выделяться аномалии не менее 100 нТл, обусловленные минералами, содержащими в химической формуле железо и другие высокомагнитные элементы. На всей остальной площади «картина будет схожей».

Все это я расписал для того, чтобы геологи и геофизики понимали, что количество геофизической информации зависит не столько от шага наблюдений, сколько от грамотного обращения с полученными в поле цифровыми данными.

Это и есть одна из базовых предпосылок геологической информативности геофизических данных. Перефразировав твоих коллег, правильнее сказать: «не работают геофизики на золоте»

Генералов В.И., 08.12.21 17:58:57 — ПВМ, Дмитрию_Мизиряку

1. Спасибо, Василий Михайлович за очень информативные профессиональные жизненные наблюдения и выводы! Мы, в принципе, говорим об одном и том же - разумном комплексировании разных методов и углубленном (индивидуальном) подходе к цифровой информации. Зоны "движения" рудоносных гидротермальных растворов характеризуются закономерным "привносом" и "выносом" разных химических элементов, что сказывается на отложении различных минералов и, в конечном итоге, отражается в физических полях. Полагаю, что с этой явной истиной согласятся все. В практическом "картографическом" смысле зоны рудоносных метасоматитов отражаются в наличии системы сложных "переменчивых" полей (разнообразные геологическое образования, геофизика, геохимия). Безрудные комплексы весьма просты по строению, рудные поля - всегда сложные. Это видно на любых геологических картах (если они, конечно, "кондиционные"). При составлении одного листа госгеолкарты-200 полезных ископаемых и закономерности их размещения я с помощью геофизика произвел рабочий эксперимент. По оцифрованной карте вертикальных значений магнитного поля мы вычислили, а затем нанесли на карту значения 1-ой производной (по-простому, скорость изменения магнитного поля). Оказалось, что все золоторудные объекты находятся в области этих "скоростных изменений", обрамляющие рудогенерирующие вулкано-магматические комплексы. На микроуровне отдельных золоторудных тел эта закономерность сохраняется, что хорошо выражено на цифровых каротажных графиках (если, конечно, запись произведена корректно). Продвинутые компьютерные "моделисты" ( геофизики и геохимики) могут проверить эту закономерность на своих эквипотенциальных полях и написать свои выводы в журнале "Золотодобыча".

2. Хочу извиниться перед Дмитрием_Мизиряком за исковеркованную дважды его фамилию в моем последнем комментарии. Эту непростительную ошибку я увидел только на следующий день уже в напечатанном комментарии. Простите.

ПВМ, 10.12.21 19:49:22 — Генералов В.И., 04.12.21 20:51:55

Наконец вижу конструктивный ответ. Собирался уж бросить бессмысленные препирательства типа, у кого галифе ширьше. Кстати, в прошлом комментарии ошибка – я из РФ-65-4. Вы, конечно и сами догадались, но все же.

Долго не отвечал потому, что приходится поработать, чтобы кратко но доходчиво, на понятном читателям языке, изложить по сути простые, но запутанные основы геофизики. Без их понимания вообще нет смысла вести разговор о методологии, месте и возможностях геофизики в комплексе ГРР. Надеюсь, это получилось.

В комментариях прозвучало, что воспроизводство МСБ золота отстает от добычи, и это грозит золотодобывающей отрасли коллапсом. Вы считаете, что положение исправит поиск аномалий и их оценка канавами и бурением, а ваша методика существенно удешевит и повысит эффективность работ? Вынужден Вас огорчить.

В статье предусмотрено много всего, что нужно делать для успешной оценки пока еще только предполагаемых Вами золоторудных месторождений. Смущает одно, вы заранее уверены, что «металлогенический анализ лицензионной площади» и разработанная на его основе «рудная модель прогнозируемого месторождения» уж точно (100%) помогут выбрать перспективный участок и рационально спланировать ГРР. На самом деле для успешного анализа нет объективных предпосылок. Поскольку отсутствует информация о линейных параметрах предполагаемых структур. Свидетельством этому Ваша неутешительная статистика – 90-95% объектов, исследованных на разных стадиях изучения, не прибавляют запасов или не рентабельны для отработки. Значит время и средства потрачены впустую. Все высказанные Вами проблемы организации геологических работ и озабоченности мне понятны, могу добавить к этому еще много чего. Вы правы, сократить время и затраты на изучение каждого объекта, насущная задача. Но, если там золота нет и в принципе быть не может, то, как у нас шутили, даже с помощью геофизических методов его не найти.

Хорошо, если объект волею судьбы попал в ваши 5-10%. Хуже, но не очень, если на ранней стадии изучения станет ясно, что он пустой и инвестор остановит работы. Совсем плохо, если он окажется ни то, ни се. Тогда он пополнит ряды геологического «долгостроя», лишив при этом инвестора круглой суммы собственных или заемных средств. Если посмотреть с позиции восполнения МСБ, можно констатировать: средства и время потрачены – восполнения нет. И так будет, если верить Вам, в 9 случаях их 10.

Поэтому проблему нужно решать в корне - найти способ отбраковать заведомо бесперспективные площади до начала тяжелых ГРР, а лучше до лицензирования. Но, нельзя увидеть масштаб интересующего объекта в перспективе, сколь тщательно не копайся внутри него. Большое видится на расстоянии. Для этого, а не для написания диссертаций, существуют прогнозно-металлогенические исследования. Но качество их на сегодняшний день оставляет желать лучшего, в первую очередь по причине отсутствия у геологов необходимой информации о глубинном строении недр, наличии, масштабах и вещественном составе рудоформирующих структур.

Мало кто подозревает, что всю эту информацию, геофизические поля выносят из глубин недр на поверхность - прямо нам в руки. Подобно тому, как буровики делают это, доставая с глубины керн скважин, но только безо всяких усилий с нашей стороны. Точно так же, как разные документаторы увидят в керне разную геологию, сообразно своим знаниям и опыту, разные интерпретаторы извлекут из полей разную информацию. И это богатство лежит мертвым грузом в фондах – мы же ценим только то, что добыто большим трудом.

Сегодня от геофизиков ждут и требуют только аномалий - отражающих частные элементы строения недр. При этом не ведают, что геофизические поля несут неисчерпаемую информацию о вещественном составе среды, обладают высоким картировочным потенциалом. На чем он основан? Как и визуальная диагностика пород, на содержании и физических свойствах составляющих их минералов. В одном случае цвет, блеск, твердость и др., в другом – плотность, намагниченность, электропроводность и прочее. Изменение петрофизических характеристик поля, всегда связано с изменением минерального состава, статистически на объем среды. И эти изменения не хаотичны, а вполне закономерны и логичны. Характер изменения поля отражает не только наличие геологических границ, но и их природу – стратиграфическая, тектоническая, магматическая. Для интерпретатора, владеющего основами геологии, в первую очередь структурной и рудной, эти закономерности и логика очевидны. Следуя этой логике, он отразит в изолиниях и элементах корреляции графиков геофизического поля структурный каркас эмпирической модели участка. Искусству распознавать вещество по геофизическим данным в некоем объеме недр, точно так же, как это делаем в образце, обнажении или керне, геологам и геофизикам необходимо учиться.

Как видим, в геофизических полях нет никакой мистики – только геология, петрофизика и законы физики.

Не будете отрицать, что самый эффективный способ поисков месторождений, это глубинное геологическое картирование, цель которого – выявление рудоформирующих структур и визуальных признаков наличия в них золоторудной минерализации? Его применение ограничено сегодня потому, что бурение, очень трудоемкий и дорогой метод. Геофизика дает нескончаемую картографическую информацию.

Вы разъясняете мне, не узнав ни задач, которые можно решать с помощью методологии, как инструмента получения новых геологических знаний, ни технологии их решения: «Журнал "Золотодобыча" - это специализированный производственный журнал золотодобытчиков. И их интересуют практические решения обнаружения и разведки конкретных золоторудных объектов и россыпей. Ваши геофизические модели истолкования геологического строения территорий - это для публичных журналов ВСЕГЕИ, ЦНИГРИ, ВИМС. Здесь же нужна конкретика, относящаяся к выявлению, оконтуриванию и оценки (подсчет запасов) рудных тел».

Докладываю. До 2003 г. мне приходилось решать задачи исключительно в рамках рудных полей и узлов. Это оценка ресурсов и прогноз новых тел применительно к текущим поискам, составлению ТЭО, разведке. На большее не хватало времени, поскольку заедали бесконечные составления программ, проектов, квартальных, годовых отчетов, обоснование и согласование участков и финансирования на очередной год и т. д. Только с переходом в «Бурятзолото» и освоением компьютера я получил возможность апробировать, с помощью методологии, информационный потенциал материалов региональных наземных съемок, аэрогеофизики и даже поля сейсмоактивности (землетрясений) Байкальской рифтовой зоны. Полученные результаты потрясают.

Вам я посоветовал бы поучиться у «Теллура» методологии предварительного анализа лицензионных площадей на предмет – стоит ли вообще на них заходить, - и интерпретации данных полевых работ. А «геофизические модели истолкования геологического строения территорий», упомянутым Вами авторитетным НИИ будут как кость в горле, потому что они поставят с головы на ноги все нынешние представления о региональной геологии и заставят исключить из лицензирования значительную часть объектов. А вот крупным золотодобывающим холдингам, чьи интересы простираются гораздо дальше аномалий и рудных тел, пришлась бы к месту геология, основанная не на умозаключениях, а на фактических данных, получаемых, в том числе, с помощью методологии.

Генералов В.И., 10.12.21 22:39:20 — ПВМ

Василий Михайлович, вы голословно меня критикуете.

Анализом площадей и отдельных участков на выявление МПИ я занимался (можно сказать, что обучался непосредственно на производстве) много-много лет, как, в общем случае, и все профессиональные геологи. Вообще-то обоснование прогнозных площадей - тяжкий долгий и кропотливый труд. В ООО «РБК» это была часть моих должностных обязанностей. Мой последний «рекорд» - подготовленная на лицензирование площадь была продана на аукционе при стартовой цене 10 млн. руб. за 230 млн. рублей. И таких подготовленных площадей за мою профессиональную деятельность было около десятка штук, а «просмотренных» и отвергнутых площадей и участков более одной или двух сотен.

В ваших комментариях я усматриваю вечный спор о том, кто «главнее» - геологи или геофизики? К вам также тесно примыкают геохимики и компьютерные «моделисты». На почве «первородных инстинктов» славные сотрудники ООО «Телур» пытаются меня «клевать» в комментариях. Однако, я нисколько не обижаюсь. В философии критерий истины – это практика. Пока, что никто из моих дружных критиков так и не написал в «Золотодобыче» ни одной статьи, где были бы показаны их успехи в обнаружении и оценке конкретных золоторудных и россыпных месторождений.

Попытаюсь по-научному объяснить первопричину этого «противостояния». Для этого надо углубиться в науку «философия». Существует два вида формы движения материи. Первый вид, примитивный (механическая, физическая, химическая формы), а второй вид сложный эволюционный (геологическая, биологическая и социальная формы). Первый вид можно бесконечно воспроизвести (повторить) в пространстве и времени, а второй вид –эволюционирует в новые формы и состояния.

Для того, чтобы месторождение (рудное тело) состоялось (родилось) ему необходимо пройти минимум три-четыре стадии накопления и преобразования. Это первичное накопление (например, золотоносные черносланцевые толщи). Затем гидротермальное перераспределение и перенос (золотоносные кварцевые жилы в черносланцевых толщах). Потом корообразование (химическое или физическое выветривание). И метаморфизм (стратифицированные золотоносные геологические слои, например, Сухой Лог). На образование месторождения уходят десятки миллионов лет и целые геологические эпохи. Рудоносные геологические структуры (сложная эволюционная форма движения материи) – это предмет исследований геологов. Геологи этому ремеслу обучаются на практике много-много лет. Геофизики и геохимики изучают примитивные формы движения материи. Их геофизические и геохимические поля (аномалии) отражают только лишь последнее современное состояние исследуемого геологического блока пород. На ваши «поля» сильное влияние оказывают наиболее поздние процессы гипергенного (атмосферного или гидрогенного) изменения, неотектоника (поздняя трещиноватость), техногенные процессы (блуждающие токи фуко, электромагнитные объекты, сотрясения почвы, дымы из фабричных труб, удобрения и прочая деятельность человека). По примитивным формам движения материи (физическим и химическим эквипотенциальным полям) весьма сложно установить историческую картину последовательности формирования месторождения и, в конечном итоге, произвести корректный подсчет запасов. Из философского учения о методах познания также следует, что примитивными инструментами невозможно изучить сложный предмет в полном объеме. Поэтому геохимики и геофизики могут лишь подготовить основу для составления геологической карты, а геологи призваны изготовить такую карту с учетом геофизических и геохимических данных. Попытки геофизиков и геохимиков самостоятельно составить геологическую карту по материалам своих эквипотенциальных полей всегда ведут к неуспеху. Только в полном взаимопонимании геологов, геофизиков и геохимиков возможно грамотно обосновать прогнозную площадь и выявить новое МПИ. При этом, конечное принятие решения (и ответственность за это решение) остается за геологами. Так, что, как говорил кот Леопольд: «Ребята, давайте жить дружно!».

Уважаемые посетители сайта! Пожалуйста, будьте как дома, но не забывайте, что в гостях. Будьте вежливы, уважайте родной язык и следите за темой: «Полевой комплекс методов оперативной диагностики золоторудных зон в ходе выполнения горно-буровых работ»


Имя:   Кому:


Введите ответ на вопрос (ответ цифрами) "два прибавить 14":