Сергей, 14.09.24
Компания имеет лицензию БП, а не БР или БЭ, т.е разведка, извлечь золото из недр и сдать его, получив за это деньги - это добыча! Вот если бы его не продали и лежало оно в сейфе у недропользователя, возможно, и не было бы дела уголовного.
Игорь К., 14.09.24 — Сергей, 14.09.24
Совершенно верно. Здесь в статье приводится последовательность закономерных, по мнению автора статьи, действий недропользователя:
- государство выдало предприятию лицензию на поиски золота (БП),
- предприятие успешно провело работы и нашло золото,
- предприятие сдало золото государству,
- заплатило государству налоги, в том числе НДПИ.
Предприятие, имея поисковую лицензию и не имея утвержденных запасов, не может, будем говорить прямо, продавать полученное им при проведении поисково-оценочных работ разведочное золото государству или коммерческим банкам, если иное не прописано в условиях лицензионного соглашения. Сам налог НДПИ так и называется - налог на добычу полезного ископаемого, именно налог на добычу. Не имея утвержденных запасов, ответственность за движение которых несёт недропользователь, не имея утвержденного комиссией ТКР проекта на добычу, где утверждается величина технологических потерь при добыче, которая при погашении запасов в недрах пропорционально отражается вместе с извлеченным в кассу золотом, владелец лицензии не может проводить добычные работы.
В свете законов, какими бы они глупыми не были, единственный путь, занимаясь поисковыми работами на золото и имея желание без ущерба для своей свободы все-таки проскочить мимо «скамейки запасных игроков» - соблюдать эти законы. Документация, учёт и временное хранение разведочных проб до того времени, пока не появится возможность реализовать разведочное золото вместе с добычным золотом по данному объекту. Если в форме 5-гр показывается общее движение запасов золота по лицензии с общей цифрой прироста, то, к сожалению упраздненной форме № 4-гр отражалась расшифровка прироста запасов золота, в том числе и полученного от геологоразведочных работ.
Старый, 14.09.24 — Сергею
Сергей, вы кто по специальности? Добывать можно золото, которое уже найдено. А проба отбирается там, где золота еще нет и надо только установить его наличие и посчитать хоть что-то. Какая же это добыча?
Вот поэтому я поддерживаю предложение написать инструкцию по работе с золотом, полученным при опробовании. Надо объяснять людям разницу между добычей золота и опробованием. Опробование - это дорогостоящая и весьма рискованная операция, а совсем не добыча, где запасы известны и подсчитаны. Поняли разницу?
К сожалению, разницу между добычей и опробованием не понимают очень многие, в том числе судьи, адвокаты, юристы, да и московские чиновники. Вот и получается, что геолога судят и таскают много лет, вместо того, чтобы дать ему медаль за то, что нашел золото.
Магадан, 16.09.24
Разница между добычей и опробованием принципиальная, правильно об этом написал Старый. Добыча - это живые деньги, пришел - и копай, запасы подсчитаны и даже экономика известна.
А опробование, особенно по лицензии БП, это риск, причем высокий. Что будет в пробе - никто не знает. Именно поэтому удачный поиск золота всегда высоко ценился.
То, что сейчас происходит у нас, - это глупость или преступление или преступная глупость: геолог нашел золото, а его под суд! Кто же так будет искать?
Сергей, 16.09.24 — Магадану
«Добыча - это живые деньги, пришел и копай, запасы подсчитаны и даже экономика известна». В обсуждаемом случае - копали, получили живые деньги, а вот с остальным вышла неувязочка, нарушен порядок - ГРР, подсчет и утверждение запасов, перевод лицензии БП в БР или БЭ, утверждение плана горных работ. Это связано напярмую с тем, что недра принадлежат государству и собственник определяет правила и порядок действий. Знаю случай, когда, не имея плана горных работ (или он не был утвержден), но ведя добычу, директор получил 4 года условно.
Влад , 16.09.24 — Сергей, 16.09.24
Сергей, вы передергиваете, подменяя геологическое опробование словом «копали». Вы забыли, что государство дало предприятию лицензию на поиски месторождения. Следовательно, оно не «копало», а проводило опробование, методически совершенно правильно - траншеями. Аффинажное предприятие подтвердило, что в пробах настоящее золото.
Игорь К., 16.09.24 — Магадан
«геолог нашел золото и его под суд!» - ну это уже перебор.
Алгоритм ключевых этапов действий недропользователя:
- по поисковой лицензии провели разведочные работы,
- обнаружили промышленное золото,
- составили отчёт о результатах работ,
- утвердили запасы,
- перевели лицензию с БП на БР,
- разработали проект на добычные работы,
- начали добычные работы
- вместе с добычным золотом реализовали разведочные пробы.
С момента проведения разведочных работ и до времени начала добычных работ владелец лицензии обязан обеспечить учёт и хранение разведочных проб, но никак не реализацию (продать разведочное золото и получить деньги).
Влад, 16.09.24
Когда из валовой пробы золота килограммы, то в какую лабораторию его отправить? Самое логичное отправить на аффинажный завод. Кстати, список аффинажных заводов утвержден государством.
В методическом отношении сдать золото на аффинажный завод - самое правильное решение. Когда будет промышленная добыча, тогда предприятие будет обязано сдавать золото на аффинажный завод. Завод будет платить за это золото деньги, в зависимости от примесей (хороших или плохих). Именно завод определяет ценность полезного ископаемого, полученного из пробы. Вы же не против этого? Где вы увидели преступление?
Старый , 18.09.24
Предлагаю провести курсы повышения квалификации среди следователей и судей.
1. Объяснить судьям, что добывать можно только то, что уже найдено.
2. Предприятие имеет лицензию БП, в которой предусмотрены ПОИСКИ золота. Выдав лицензию, государство подтвердило, что золота нет и его надо найти.
3. Предприятие отобрало пробу и нашло золото. То есть решило государственную задачу.
Если очень хочется привлечь недропользователя к ответственности, то речь может идти о нарушении методики поисков, (если за это есть статья).
Игорь К., 19.09.24
Лицензия и условия лицензионного соглашения являются базовым документом, который рассматривает суд при конфликте. В поисковой лицензии на россыпное золото в условиях лицензионного соглашения отдельным пунктом указано, что аффинаж шлихового золота НЕ ПРЕДУСМОТРЕН, полученное минеральное сырье НЕ ЯВЛЯЕТСЯ собственностью владельца поисковой лицензии.
Нарушение условий лицензионного соглашения поисковой лицензии - **аффинаж полученного при разведочных работах шлихового золота и получение за него денег - уже является основанием для интереса со стороны правоохранительных органов**.
В то же время поддерживаю "Старого" в плане предложения по повышению квалификации сотрудников правоохранительных органов. Одно дело - при разведочных работах ударно-канатным бурением по какому-нибудь маленькому ручейку получить в сумме граммы шлихового золота, и другое дело - при проведении валового опробования техногенных россыпей получить килограммы или десятки килограммов шлихового золота. И там, и там в контурах поисковых лицензий велись разрешённые проектные разведочные работы, но в первом случае внимания не обращают, во втором случае возбуждают уголовные дела, "...потому что в разведочных пробах слишком много золота", хотя УЧЁТ и ХРАНЕНИЕ, но не АФФИНАЖ и ПОЛУЧЕНИЕ ДЕНЕГ обеспечиваются и в том, и в другом случае.
СНС, 16.09.24
Господа! Государство постоянно меняет правила, в зависимости от условий. Так и надо. Сейчас государству нужно золото и нужны налоги. Сдавать золото из траншей на аффинаж - хорошее предложение, оно сразу может дать государству золото. Разве нет? Надо узаконить это дело, обновив инструкцию.
Вы как-то упрощённо подходите:
- Купил машину, сел, поехал. Что? Какие права? Моя машина!
СНС, 17.09.24 — Игорь К., 17.09.24
Про «права» вы зря написали. Права нужны, и они у всех есть. У предприятия есть лицензия (БП) - это права и обязанность - провести работы и найти золото. Вот и надо найти золото на выделенной территории. Остальное все «от лукавого» (то есть от Роснедр). Я, как специалист, знаю, что на современных россыпях, чтобы не терять золото в недрах, нужны РЭПы, в крайнем случае траншеи.
А что вам не нравится в том, чтобы сдавать золото из РЭПов и траншей на аффинаж и получать деньги? В законах (О недрах и ДМДК) это, по-моему, не запрещено. Если в законах запретов нет, то в новую инструкцию можно бы и написать, как было в старой:
«4.7. Драгоценные металлы, дальнейшее хранение которых не вызывается производственной необходимостью, подлежат сдаче в ближайшую золотоприемную кассу Министерства цветной металлургии СССР (в Госфонд) по специальному акту...»
Сейчас нет золотоприемной кассы, так пусть будет аффинажный завод.
Игорь К., 17.09.24 — СНС
Ну с чего Вы взяли, что мне «...не нравится в том, чтобы сдавать золото из РЭПов и Траншей на аффинаж и получать деньги...»?
Будет в поисковой лицензии прописано, хотя бы примерно так, что: «..полученное в результате поисковых работ в контурах лицензии минеральное сырье является собственностью владельца лицензии, и подлежит обращению на его усмотрение...» - да кто же против будет такого? Руками и ногами аплодировать буду! Зачем за меня моё мнение выдумывать?
И как специалисту, я Вам замечу, что не по всякой поисковой лицензии можно золото найти, которое хотя бы затраты на поисково-оценочные работы окупит. Далеко не по всякой!
СНС, 17.09.24 — Игорь К., 17.09.24
Ну и отлично. Мы с вами, похоже, вместе за то, что в Новой «инструкции по работе с золотом, извлеченным из геологических проб», П.4.7. надо немного поправить и написать: «Драгоценные металлы, дальнейшее хранение которых не вызывается производственной необходимостью, подлежат сдаче на ближайший аффинажный завод». Так пойдет? Вы не против?
Игорь К., 17.09.24 — СНС
Пойдет, конечно. Я не против.
И такая формулировка пункта 4.7 должна быть не только в новой «Инструкции по работе с ДМ при проведении геологоразведочных работ», но и в каждой поисковой лицензии, выданной с целью проведения поисково-оценочных работ на россыпное золото.
Согласитесь, инструкция - это инструкция, но основной документ - это лицензия на право пользования недрами. Зарегистрированная, с подписями, печатями, с контурами, с условиями лицензионного соглашения, в том числе и в редакции пункта 4.7.
«....Но чтобы это была такая бумажка, при наличии которой ни Швондер, ни кто-либо другой не мог бы даже подойти к двери моей квартиры. Окончательная бумажка. Фактическая. Настоящая! Броня!!!...».