О кризисном состоянии геологоразведочной отрасли и минерально-сырьевой базы страны говорится много. Но изменений к лучшему не чувствуется. Наоборот, проблем в недропользовании из года в год становится всё больше и больше. И причина этого, на мой взгляд, это стремление государства как-то приспособить (!) имевшуюся старую, хорошую социалистическую геологическую структуру ("машину") к требованиям сегодняшнего, иного времени. А основное в этом требовании – это быстро и дёшево найти и разведать рентабельное месторождение. Что же мешает сегодня это делать в России? На некоторых проблемах останавливаюсь ниже.
Стадийность ГРР – одна из причин затратной и длительной разведки выявленного месторождения. Сегодня их две – геологическое изучение и разведка (эксплоразведку не учитываем). Каждая из них завершается разработкой кондиций временных и соответственно постоянных, которые призваны оценить промышленную значимость выявленного месторождения. Первые (временные) - чтобы принять решение государству (сегодня недропользователю) о целесообразности дальнейшей разведки выявленного, рентабельного (?) к отработке месторождения; вторые (постоянные) – о целесообразности его отработки определённым способом. На мой взгляд, является лишней, если не планируется опытно-промышленная разработка, вся эта «бумажная суета» (ТЭО временных кондиций, отчёт по поискам и оценке, проект на разведку). Из-за неё мы прерываем на 1,5-2,0 года непрерывный геологоразведочный процесс. По сути, полевые партии, выявившие это месторождение, должны остановить полевые работы (ликвидировать полевые базы) и заняться в это время одной камералкой, т. к. без проекта на разведку работать нельзя. Разработка каждых кондиций – это титанический труд, дорогое удовольствие, требующее 1-1,5 года напряженной работы большого коллектива наиболее грамотных геологов
Тогда, в советское время, не имея такого компьютерного обеспечения, это надо было делать, чтобы обезопасить государство от возможно нерентабельной траты народных средств на ненужную разведку «забалансового месторождения». А сегодня, когда мы часто говорим о предпринимательском риске, когда увидеть целесообразность дальнейшей разведки выявленного месторождения каждый недропользователь может лишь щелкнув клавишей компьютерной "мышки", то зачем ему нужна столь громоздкая, неповоротливая, дорогостоящая государственная «машина», оставшаяся в наследство от социалистического хозяйства. Если нам так тяжело расстаться с ней, то надо хотя бы разрешить совмещение в одном проекте разные стадии ГРР, даже если это не указано в лицензии, и оставить разработку временных кондиций на усмотрение недропользователя. Это сохранит недропользователю время и деньги на полевые работы.
Государственная экспертиза проектно-сметной документации – рецидив прошлого. Как и раньше, мы сегодня продолжаем считать ненужные сметы на ГРР по старым СНОРам и ССНам, хотя сегодня в стране на все товары и услуги рыночные, договорные цены, которые никак не учитывают цены утверждённых смет. Более того, экспертиза указывает несмышленому недропользователю, как правильно надо искать месторождения, какие работы и как надо проводить, и чтобы они обязательно соответствовали по инструкции проектируемой стадии работ. И только после полного завершения одной стадии можно приступать к следующей, никоим образом не «утяжеляя» раннюю стадию объемами исследований последующей и наоборот. Но при этом государственная экспертиза проектов и смет не несёт никакой ответственности перед акционерами недропользователя за конечный отрицательный результат (нет месторождения или не быстро и не дёшево), полученный при выполнении их указаний.
Большая часть человечества успешно обходится без государственной экспертизы проектно-сметной документации на ГРР, но при этом больше открывает месторождений. Видимо, у них остаётся больше средств и времени на непосредственные поиски этих месторождений.
Постоянные разведочные кондиции – препятствие к быстрому и эффективному освоению месторождения.
Важнейшим документом, дающим «юридическую жизнь» месторождению в России, является «Технико-экономическое обоснование (ТЭО) постоянных (!) разведочных кондиций». Раньше, при плановой экономике, для большинства месторождений они разрабатывались и утверждались государством один раз на весь период их эксплуатации. Поэтому и называются «постоянными». На их основании и по сей день утверждаются государством разведанные запасы, разрабатываются и согласовываются технические проекты освоения месторождений, оформляются горные отводы и осуществляется добыча руды. Поэтому мы часто слышим: нет кондиций – значит, и нет месторождения. Прошу не путать с «временными кондициями». Их разработка и утверждение государством «в век сплошной электроники» и компьютерных программ практически почти ничего не даёт недропользователю.
Но для разработки ТЭО постоянных разведочных кондиций, по гласным и негласным требованиям, месторождение должно быть детально разведано. Доля высоких (наиболее достоверных) категорий запасов должна составлять более 60 % (хотя конкретно об этом нигде не говорится). В противном случае, очень часто государство считает месторождение недоизученным и постоянные разведочные кондиции по нему не утверждаются. Примеров этого много. Следовательно, освоение данного месторождения в промышленном масштабе отодвигается на неопределённый срок. Вместе с этим отодвигается и решение экономических и социальных проблем в регионе, в компании - недропользователе.
На мой взгляд, это не соответствует действующей у нас нормативной базе. Противоречивый Закон «О недрах» декларирует «быстро» (ст. 26, 29) и «эффективно» (ст. 23, пункт 5) осваивать месторождения. Для этого он допускает возможность добычи на самом раннем этапе исследований месторождения, когда не может быть и речи о высоких категориях запасов - на стадии геологического изучения. Подтверждают по сути это и «Методические рекомендации...», утверждённые распоряжением МПР № 37 от 05.06.2007 г. Они декларируют, что «рациональное соотношение запасов различных категорий определяется недропользователем (!) с учётом допустимого (?) предпринимательского риска». А вот величину этого допуска, видимо, определяет опять-таки чиновник, ни за что не отвечающий и ничем не рискующий. Следовательно, без детальной разведки месторождения промышленная эксплуатация его невозможна, что чётко сказано в действующей «Классификации запасов...».
Постоянные разведочные кондиции, вопреки Закону «О недрах», не способствуют эффективному освоению месторождений. Разговоры об этом среди геологов ведутся аж с прошлого века, в том числе и среди руководителей ГКЗ, а толку нет никакого.
В рыночных условиях, когда основные экономические показатели (цена товарной продукции и эксплуатационные затраты), определяющие показатели кондиций, а следовательно, и величину запасов, существенно меняются в течение месяца или квартала, говорить о ПОСТОЯННЫХ разведочных кондициях смешно. При непостоянной, нестабильной, рыночной экономике не может быть постоянных кондиций. За 1,5-2 года, затрачиваемых на составление (разработку) и утверждение этих кондиций, их основные показатели, наиболее чувствительные к колебаниям экономики и определяющие величину запасов (бортовое и минимально-промышленное содержание), уже устаревают, не дожив до практического их применения. Но после их утверждения, несмотря на любые экономические потрясения, недропользователь обязан строго следовать им при добыче полезного ископаемого. Чтобы угнаться за новой изменившейся рыночной ценой и полнее отработать месторождение, он должен разработать и утвердить новые «постоянные» кондиции, пересчитать и утвердить по ним новые запасы, разработать и согласовать дополнение к техническому проекту (практически новый тех. проект), изменить горный отвод. На это опять потребуется 1,5-2,0 года. К этому времени из-за изменения рыночной цены, возможно, отпадёт надобность в этих уже устаревших показателях кондиций, и нужно делать новые. Поэтому в современных рыночных условиях ни о какой эффективной, рациональной и наиболее полной отработке месторождения, как того требует Закон, при наличии «постоянных» кондиций не может быть и речи.
Какой же выход из этого тупика? Давно назрела необходимость отказаться от «постоянных разведочных кондиций» если не совсем, то частично. В геологической печати предлагаются динамические или «плавающие» кондиции. Они в сочетании с компьютерными программами, даже в режиме «online», могут обосновать оптимальное соотношение полноты отработки месторождения (бортовое содержание, параметры карьера, количество запасов) и стабильность работы рудника (ВНД) в зависимости от существующих на предприятии эксплуатационных затратах и рыночной стоимости конечной продукции на данный момент. А что же остаётся государству? А оно должно для каждого месторождения утвердить свою графоаналитическую зависимость основных показателей кондиций, по которым при эксплуатации месторождения будут, как минимум, ежегодно согласовываться планы развития горных работ и списываться с госбаланса погашенные запасы.
Сквозная лицензия (поиски, оценка, разведка и добыча) – это фикция. Согласно статье 11 Закона "О недрах": «Лицензия является документом, удостоверяющим право её владельца на пользование участком недр в определённых границах в соответствии с указанной в ней целью в течение установленного срока…». Фактически в жизни всё по-другому. Она даёт право на ведение только поисково-оценочных работ на всей лицензионной площади в указанных координатах и границах в течение первых 3-5 лет. Затем её площадь сужается, как «шагреневая кожа», хотя координаты остаются прежними. На разведочной стадии лицензию подменяют незаконные (нет такого в Законе) и никому не понятные «границы месторождения» (нет такого в геологическом словаре). Только в их пределах недропользователь имеет право вести дальнейшую разведку. А последующая добыча разрешается ещё на меньшей площади, только в границах горного отвода. Так причём тогда лицензия с её координатами, границами, выданная на 25 лет?
Чем это чревато? Не всегда за первые 3-5 лет поисково-оценочных работ можно всё узнать о структуре выявленного месторождения или рудного поля, не говоря уже о лицензионной площади. Знающие геологи говорят, что это можно выяснить только полностью отработав данное месторождение. К примеру, на разведанном Токурском золоторудном месторождении основную рудную структуру - минерализованную зону надвига увидели только через 47 лет его эксплуатации. Но было поздно, предприятие «умерло» в начале 90ых, породив массу социальных проблем.
Поэтому для наиболее полного изучения лицензированных недр нельзя ограничивать их изучение на протяжении всего срока действия лицензии. Наоборот – надо стимулировать наиболее полное их изучение, с привлечением всё более современных методов. Только так государство сможет продлить жизнь построенному предприятию, сохранить инфраструктуру в районе и рабочие места как можно дольше. Я думаю, в этом оно должно быть заинтересовано.
Есть ещё и вторая, ещё более негативная «сторона медали» сквозной лицензии. Виталий Несис в одном из своих интервью, ратуя за сквозные лицензии, сказал: «Если будет успех (имеется ввиду открытие месторождения), он твой». Это далеко не так. Если будет большой успех (более 50 т золота), то выявленное на поисково-оценочной стадии месторождение может быть переведено в разряд стратегических, где ваш успех уже может оказаться не вашим. Следовательно, государство не гарантирует Вам ни полный срок действия вашей сквозной лицензии, ни пользование результатами вашего труда.
И ещё одна проблема сквозных лицензий. В последнее время в некоторых регионах их контур причудливо изогнут за счёт вырезания из них речных долин с россыпями золота. Ширина таких вырезанных, как правило, наиболее перспективных участков на данной площади, может достигать 2-3 км, а протяжённость – десятков. Они не только недоступны для изучения в момент действия лицензии, они так и останутся неизученными после отработки россыпи. И второе. Нашли вы что-то рудное среди гор, за пределами этих долин – не слишком радуйтесь. Где вы будете размещать свою инфраструктуру добывающего предприятия (фабрику, хвостохранилище, посёлок)? Только на крутых склонах или за пределами лицензии, поэтому в экономику освоения данного месторождения не забудьте заложить дополнительную транспортировку руды, хвостов, людей и т. д. Так как в долинах вам не разрешат это делать: либо государство не выдаст справку на безрудность долины, либо другой недропользователь, владеющей землёй и лицензией на россыпь. Поэтому надо узаконить целостное изучение площади, а не вырезать из неё «лакомые куски» и оговорить при этом в лицензиях взаимоотношения между различными недропользователями, как того требует действующее (!) «Положение о порядке лицензирования пользования недрами». Если серьёзный недропользователь собирается выявить месторождение и построить на нём предприятие, то такие ущербные лицензии ему не нужны.
Это далеко не полный перечень проблем по недропользованию в России, поэтому и поток инвестиций в геологию не столь бурный, поэтому мы и имеем то, что имеем.