О золоте лежалых эфелей или по следам обогатителей советского Кулара

Иванов П. О., инженер-геолог

Памяти Михаила Фролова

 

Интерес золотодобытчиков к эфельным отвалам промывки песков россыпных месторождений золота прошлых лет, как к значимому ресурсу в условиях истощения минерально-сырьевой базы и современного уровня развития обогатительных технологий, прикован достаточно давно. Это относится и к отвалам Куларского ГОКа в арктической зоне Республики Саха (Якутия). На Куларе за 30 лет, с 1963 по 1994 год, из россыпей было добыто порядка 155 тонн золота. О ресурсном потенциале техногенных отвалов Кулара пишут многие, в том числе советник председателя Союза Старателей России, «куларец» П. Д. Луняшин (https://zolotodb.ru/article/10693).

В цифрах оценки разных авторов колеблются от скромных 10–15 тонн, соответствующих утвержденным нормативам технологических потерь того времени, до весомых 30–40 тонн. Заслуженный геолог РСФСР Р.М. Файзулин в одном из интервью озвучил совсем уже космическую цифру — 102 тонны!

Истина, наверное, как всегда, где-то посередине. Павел Дмитриевич Луняшин в качестве обоснования высокого уровня реальных потерь металла приводит свойственную россыпям района значительную долю весьма мелкого и уплощенного золота, несовершенство технологии промывки и ее нарушение, в частности промывку мерзлых песков в условиях отрицательных температур при социалистической системе хозяйствования (прежде всего, план по промывке объемов).

 

Скорее всего, всё это имело место, но я сейчас хочу отдать должное обогатителям и геологам Куларского ГОКа, которые, досконально зная и степень промывистости своих песков, и обогатимость (выход тяжелой фракции), и гранулометрию золота, разумеется, осознавали все стоящие перед ними технологические проблемы. Осознавали и решали в интересах государства в меру имеющихся технических возможностей и в силу своей профессиональной гордости и компетенции.

К сожалению, архивы Куларского ГОКа практически не сохранились. Но тундровый ландшафт таков, что брошенная пачка сигарет будет лежать на своем месте пару десятков лет, что уже тут говорить о промывочных приборах и другом обогатительном оборудовании, оставленном на местах стоянок вследствие экстренной ликвидации ГОКа и поселков. И вот эти печальные памятники, ржавыми остовами уродующие пейзаж, вкупе с редкими строчками из фондовых геологических отчетов (геологи тут на высоте, все материалы доступны), свидетельствуют о достаточно высокой культуре обогащения того времени.

Как минимум с середины 1980-х годов, а то и раньше, на большинстве промывочных приборов на Куларе была реализована двустадийная схема шлюзового обогащения. На рис. 1 показана наиболее часто встречающаяся на местности модель промывочного прибора.

Боюсь ошибиться, наверное, название этого прибора — ПГБШ-600. В голове процесса был гидромонитор и размывочный стол с перфорацией на 50 мм. Гидроэлеватором по трубе пульпа подавалась в головку короткого (4 м) шлюза глубокого наполнения с лестничными трафаретами на 60–70 мм. После шлюза материал поступал в барабанный грохот с перфорацией на 20 мм (рис. 2).

Бочечная галя выводилась по отдельному желобу и укладывалась в штабель ленточным стакером. Классифицированный по крупности материал (класс минус 20 мм) самотеком поступал на шести-ручейковый шлюз мелкого наполнения с лестничными трафаретами на 40 мм (рис. 3).

Шесть ручьев шлюза мелкого наполнения и подготовленный по крупности материал — что может быть лучше!? Не известно, как осуществлялся сполоск шлюзов — была это контейнерная съемка или с доводкой на ковриках? Но два СКО-7,5 с деревянной декой только в одном ЗПК о чем-то да говорят.

По поводу попыток минимизации потерь куларцами при промывке песков в условиях отрицательных температур окружающего воздуха свидетельствует следующая фотография (рис. 4).

Тут ошибиться невозможно. Это электронагревательный элемент, все еще подключенный к питающему кабелю под днищем шлюза глубокого наполнения гидроэлеваторного прибора ПГШ-1000. Мне самому в младые годы приходилось в октябре кострить колоду вашгердного прибора дровами и автомобильными покрышками. Занятие это паршивое и не от хорошей жизни. Не знаю, насколько эффективно было решение куларцев, но оно как минимум технологичнее костра под днищем шлюза.

На рис. 5. вообще уникальная конструкция, брошенная при транспортировке прямо в тундре на борту одного из ручьев, отработанных открытым способом. Я такое раньше не то, что не видел, даже не слышал и не читал о подобном! Это десятиметровый двухручейковый качающийся шлюз мелкого наполнения на санном основании. На снимке НЕ видно — шлюз в сборе с электродвигателем и редукторным приводом поступательных колебаний со стороны головной части шлюза. Зато прекрасно видна тросовая система подвески и регулировки угла наклона. Характерны глухие (с бортиками 4 см) метровые ячейки на днище шлюза для укладки ковриков. К каждой четвертой лестнице трафарета заклепками прикреплена полоса резины. На выходе колоды рамка на шарнире, затянутая транспортерной лентой, возможно, для полной герметизаци шлюза при съемке (?) либо для подпора потока в работе и приближению к режиму отсадки при продольных колебаниях шлюза (?).

Один ручей шлюза при обнаружении был чистый, а второй — с материалом, что сразу вызвало подозрения, поэтому было отобрано по одному мешку материала в головной и хвостовой частях шлюза. Чуть дальше, в ручье, наблюдалось очевидное место промывки эфелей — маленький гидромонитор и такой же маленький размывочный стол с перфорацией. Возникло предположение, что кто-то (уже после ликвидации ГОКа) пытался мыть эфеля, но дело не пошло, поэтому шлюз даже не замыли, пытались перевести, но в итого бросили. Из кучи эфелей на подаче и просыпей под желобом, когда-то направляющем материал на обогащение, тоже были отобраны пробы. Пробы были обогащены на столе СКО-1. Содержание в эфелях оказалось ничтожным — на уровне 0,02–0,05 г/м3. На шлюзе лежал действительно шлюзовой концентрат, на 15–20% состоящий из сульфидов. Но золота в нем практически не было (3 г/м3), да и то половина содержания за счет случайной мордатой золотины +1 мм.

Несомненно, что шлюз был завезен в советское время и когда-то и где-то использовался Куларским ГОКом, а на место последней стоянки был перетащен уже позднее. На Куларе было много россыпей, в которых доля золота минус 0,25 мм достигала 50% и даже 80%. В геологических отчетах есть упоминание, что при доводке шлюзового концентрата на таких объектах использовалась ртуть, что подтверждается изучением отвалов ЗПК-ДОУ на этих ручьях. Но наличие замкнутых ячеек с бортиками на шлюзе и резиновые ленты на лестничных трафаретах позволяют предположить, что был период, когда ртуть использовалась в основном процессе — непосредственно заливалась на коврики шлюза. Неэкологично, но вполне технологично по тем временам.

А вот этот обогатительный модуль на базе отсадочной машины МОД-4М (рис. 6) я увидел на одном из эфельных отвалов осенью 2021 г.

Увидел и в памяти сразу всплыло имя — Михаил Фролов. Этого человека я видел один раз в жизни в 2000 или 2001 г. (сейчас уже и не вспомню). Мы оказались вместе в одной достаточно пестрой компании. Нас представили друг другу. Фролов был председателем старательской артели с красивым названием «Луч». Я тогда был далек от Кулара, от проблематики мелкого золота и от золота вообще. Но геолог с обогатителем всегда найдут тему для обсуждения. Михаил мне показался открытым и доброжелательным человеком. Артель у него была небольшая, они занимались добычей мелкого золота из куларских эфелей. Он увлеченно рассказывал о технологии. О том, что пульпа гидроэлеватором подается на подрешетный отсад, а концентрат отсадочной машины на шлюз мелкого наполнения с низкими трафаретами и небольшим потоком. Знания об обогащении у меня тогда были школярские, теоретические, поэтому меня удивила последовательность аппаратов: отсадочная машина – шлюз, а не наоборот. Но Фролов знал, что делал. К сожалению, он рано умер.

И вот через 20 лет прибор Фролова передо мной. Всё, как он говорил. После отсадочной машины четырехручейковый шлюз мелкого наполнения с истлевшими от времени трафаретами высотой не более 1,5 см. На шлюзе вперемешку со ржавчиной был какой-то материал, очевидно, вымытый дождями из отсадочных камер (вот почему мне не очень нравятся отсадочные машины — на стенках камер всегда образуются косы шлиха с золотом). Разумеется, была отобрана проба материала со шлюза и несколько проб исходных эфелей.

Содержание мелкого золота в пробах эфелей оказалось рядовое — от 0,13 до
0,2 г/м3. Из мешка материала со шлюза доводкой на СКО-1 было извлечено 785 мг шлихового золота. Золото было весьма мелкое (табл.).

Грансостав золота

Крупность

Доля, %

Средний вес знака, мг

+1 мм

2,2

8,5

+0,5 мм

8,8

2,9

+0,25 мм

5,5

0,31

+0,125 мм

25,3

0,05

-0,125 мм

58,2

 

Всего

100

 

 

Медианный размер 0,15 мм и доля класса минус 0,125 мм 58%. Разумеется, материал пробы был абсолютно не представительным и не соответствовал ни золоту в исходных, ни кассе прибора. Но, очевидно, что артель «Луч» добывала действительно мелкое золото из эфелей по развитой технологии и, судя по уровню ежегодной добычи (со слов М. Фролова 20–40 кг), добывала достаточно успешно.

Не могу подтвердить документально, но предполагаю, что артель «Луч» начала свою работу на техногенных отвалах еще во времена существования ГОКа. Испытывая очевидный голод в запасах, Куларский ГОК практиковал переработку своих галечно-эфельных отвалов уже с середины 1980-х годов. Вот страница из отчета (рис. 7) о производственно-хозяйственной деятельности шахты «Омолой» (одного из подразделений Куларского ГОКа) за 1987 г. В 1985 г. было промыто
30 тыс. м3 галечно-эфельных отвалов и получено 9,7 кг золота.

А вот суточные сводки (рис. 8) по добыче металла той же шахтой «Омолой» за 1994 г. последний год работы ГОКа.

Объем суточной промывки гале-эфелей составлял 600 м3 (вероятно, один прибор), суточная касса — от 259 до 429 г. Это только шахта «Омолой», а работали еще «Центральная» и «Энтузиастов».

 

Подытоживая этот мемориальный экскурс

Очевидно, что надеяться на «Клондайк» в техногенных отвалах Кулара не стоит. В то же время, также очевиден их серьезный ресурсный потенциал. Но добывать что-то значимое с наскока не получится — требуется взвешенный грамотный подход.

Если эти строки попадутся на глаза бывшим работникам Куларского ГОКа и кто-то из них решит что-то написать, поправить, дополнить — это было бы интересно как для поиска подходов к освоению техногенного Кулара, так и для сохранения доброй памяти куларских специалистов, отдавших комбинату лучшие годы своей жизни.

           


-0+5
Уникальные посетители статьи: 1633, комментариев: 28       

Комментарии, отзывы, предложения

Владислав, 06.03.22 11:31:35

Глинистые пески дают отличную техногенку. Мерзлота на плотике тоже очень способствует. Так что техногенка разная. Правильная оценка должна быть.

СНС, 06.03.22 12:49:13 — Василию

После отсадки обычно получается много концентрата. Для его сокращения ставят отсадку меньшего размера или даже 2 отсадки. Так после Труд-12 ставят две МОД-2, а потом стол.

На Куларе после МОД-4 для сокращения концентрата поставили шлюз мелкого наполнения. Это хорошо, если в песках немного тяжёлой фракции. Иначе бы шлюз не справился.

ПО, 09.03.22 03:52:45 — Василий, СНС

Тут, конечно, требуется мнение эксперта, коим я не являюсь. Но, если в общих чертах: Имеем промытый дезинтегрированный материал класса минус 30 мм. 30 мм как раз верхний предел питания МОД-4 м. Причем весь полезный компонент в классе минус 1 мм. Паспортная производительность МОД-4М 36-50 т/час. Это 18-20 м3 час по исходным. Не знаю, какая сетка стояла на машине - полагаю что 2 мм. Отсадочная машина обеспечивает невысокую степень сокращения (5-20 раз), но при этом приличное извлечение. Так в опыте "Амурзолото" (https://zolotodb.ru/article/11192) при выходе 9,24% извлечение в конентрат 93,5%.

Т.е. при выходе концентрата отсадки 10% через шлюз площадью порядка 12 м2 проходило порядка 2 м3/час материала, причем подготовленного по крупности (минус 2 мм). Это немного, что и позволяло организовать на шлюзе неглубокий поток и использовать трафареты высотой 10-15 мм. Выход концентрата со шлюза при сполоске, исходя из площади и высоты трафаретов, был в пределах 150-300 литров.

К шлюзу у меня вопросов нет. У меня вопрос по разжижению пульпы на подачу отсадочной машины. Гидроэлеватор это разжижение, а отсадка лишней воды не любит.

Сhihara, 09.03.22 05:10:36

Спасибо автору за статью. Непонятно,зачем приклеивали резину на каждое четвёртое ребро. Обычно вваривали полутрубу в шлюз. Как на Иультинском ГОКе. И в эту технологическую ванночку заливали ртуть. В общем-то неплохо помогало. но глаз да глаз нужен

ПО, 09.03.22 06:20:41 — Chihara

Мне еще не понятен функционал рамки-заглушки выхода колоды на подвижном шарнире, затянутой транспортерной лентой.

Магадан, 06.04.22 03:20:45 — Редакции

Спасибо, автору статьи. К старой технике у меня тоже вопросы есть. Я читал, что в Иргиредмете музей золотодобычи сделали. Может там что-то по старым технологиям можно найти? Или Луняшин что-то припомнит? Запрос можно сделать?

Генералов В.И., 06.04.22 10:56:31 — ПО

Хорошая статья. Приводятся достоверные первичные фактические данные, позволяющие наблюдать, анализировать, рассуждать и делать выводы (так поступал Буда, чего советую делать всем читателям).

1. О содержании золота в галле-эфельных отвалах (терминология автора статьи). По приведенным архивным сводкам, содержание металла в отвалах составляло порядка 2-3 г/т. Из остатков мелкой фракции на шлюзах мелкого наполнения автор статьи получил содержание - 0,13-0,2 г/т. Полагаю, что следует ориентироваться на 0,1-0,2 г/т мелкого и тонкого золота в гале-эфельных отвалах. Года три назад, при посещении одного прииска я сделал полевую «глазомерную геолого-экономическую пристрелку», где трудилось 15 чел. (промприбор, 2 бульдозера, 2 экскаватора, 2 самосвала Урала, вахтовка типа Газ-66, вахтовый лагерь). По моим прикидкам минимальная безубыточная добыча должна быть порядка 15 кг/мес. (0,5 кг/день), или на 1 чел - 1 кг/мес. (35 г/день). На Урале обычное среднее содержание в песках 0,1-0,15 г/т. Чтобы добыть 15 кг за месяц требуется промыть 150 тыс. м3 песков (5000 м3/день). Это соответствует подачи песков на промприбор 3,5 м3/мин. Такую производительность «выдает» шагающий экскаватор на 1 промприбор с гидромониторным размывом на шлюзах мелкого наполнения (4-6 ручьев). Или 2 1,5 кубовых экскаватора на подачу на два промприбора типа скрубер-бутары со шлюзами мелкого наполнения. Но судя, по последним статьям автора (ПО), производительность работ можно существенно повысить за счет предварительного «пробуторивания и грохочения» галле-эфельных отвалов и последующей винтовой сепарации фракции -10 мм с получением черного шлиха. Черный шлих сдается на аффинажный завод. Артель имеет возможность оперативно измерить приближенное содержание золота в шлихе с помощью РФА (прибор типа Vanta).

2. О среднем содержании золота в галле-эфельных отвалах. В любых техногенных отложениях нет никаких «природных геологических» закономерностей, ибо все природные связи нарушены. Поэтому все подсчеты запасов по инструкциям ГКЗ не имеют здравого смысла. Однако, могут быть локальные закономерности для конкретных отдельных отвалов, обусловленные просадкой металла в результате формирования самого отвала и последующей его промывкой дождевыми осадками (или временными водотоками). Перед тем, как начать промывку конкретного отвала следует пробурить хотя бы одну (лучше несколько) вертикальных скважин (предпочтительнее вибровращательным способом; будет быстро, качественно и дешево) с целью изучения закономерностей распределения золота в вертикальном сечении отвала. Диаметр скважины выбирается, исходя из наличия оперативного времени для получения итогового геологического результата, а также из наличия системных геологических знаний и индивидуальных вкусов у руководителей ГРР. Излишний большой объем каменного материала пробы значительно увеличивает время исследований и удорожает работы (простая деревянная ложка дорога к обеду).

3. О геологических закономерностях формирования россыпей. Поддерживаю мнение автора статьи (ПО), что «коренная причина закрытия Куларского ГОКа в 1994 г. это острая нехватка разведанных запасов и неуклонное снижение их качества». Читатели отмечают, что драги часто не «задирали» плотик, было много мерзлых кусков песков. А сам автор ранее отмечал, что плотик россыпи незакономерно «прыгает» на 5-7 метров. И сколько запасов оставлено знает только один Бог. Но геологи обязаны решить эти проблемы. Главной причиной неуспеха, по моему мнению, это массовое увлечение (заболевание) в измерении содержания металла в шламе буровых скважин (УКБ, RC-бурении, бурении одинарной колонковой трубой). Нет материала для изучения природных геологических закономерностей (оставление целиков в процессе работ, или локальные взбросы поверхности плотика при неотектоники, или просадка металла в трещиноватых породах политика, или ещё много других геологических причин).

Б.Кавчик, 11.04.22 19:00:33

Поговорил с В. И. Таракановским. Он работал на Куларе, когда все начиналось и расцветало. По его словам технологические потери золота были разные. Сезон короткий, не больше 3 мес, мыть приходилось быстро, что-то не успевал оттаять, где-то льдистые пески становились жидкими и уплывали... То есть, иногда были большие потери, но не везде.

Борисыч, 12.04.22 10:44:52 — Б. Кавчик

Т. Е. Всё как обычно.

Брат, 12.04.22 15:32:00 — Борисыч

Ну, как везде в системе "Союззолота". Обычно.

Реалист, 12.04.22 17:28:15 — Брату

Спасибо, что в системе Союззолота были большие потери. Теперь нам можно все перекапывать и перемывать. Опять золото!

Сейчас главное - тоже не все брать. Чего жадничать? Надо сохранить ресурсы будущим поколениям. Такая как раз задача (миссия) у Роснедр.

Брат, 12.04.22 17:48:18 — Реалисту

Да не за что; надо только понимать, что Союззолото вовсе не о вас заботилось: у системы были свои резоны. А насчёт "теперь нам можно всё перекапывать и перемывать" - это вряд ли. Можно только тем, кто понимает - как. А всем остальным "нам" только и исключительно через разведку, постановку на баланс и добычную лицензию упомянутой вами миссионерской организации.

ПО, 13.04.22 07:33:47 — Брат

Да уж. Более того. У головного Объединения были свои резоны, у ГОКа - свои, у шахты - тем более свои. С последствиями последних столкнулись буквально сегодня:

Россыпь разведана в 1979, отработку начали синхронно, даже не дожидаясь поставновки на баланс. Шли предки широким контуром, забирали подземным способом балансовые и забалансовые струи и все было хорошо. А на одном участке сложного строения, в месте впадения палеодолины, по разведке все рассыпалось, где-то прервалось, потеряли "струю" в пошлом понимании. Ну и при добыче видимо тоже не очень было - даже те блока что есть не все отработали. В 84-86 гг. зашли туда разведочными шахтами (ствол с рассечками). К 1987 г. завершились, где-то контура блоков уточнили, где-то прирастились. И все это дело досталось нам в комплекте.

Мы руки потираем - участок почти не тронутый, думаем, килограммов 500 себе набурим эксплоразведкой под операцию будущего года.

Бурим. Бурим за контуром, бурим в контуре блоков....а блоки то отработаны. А на балансе висят. И не в том драма, что 300 кг учтенных Госбалансом, за которые на аукционе уплачено, отработаны. А в том, что в набор включены, и заменить их проблематично с учетом состояния МСБ и инфраструктуры прииска.

И еще в связи с этим интрига - ГОК и Шахта работали в советское время, когда платили строго за кубаж. И Горный надзор не дремал. И как умудрились отработать подземкой и не списать.....?

Брат, 13.04.22 15:18:56 — ПО

Как умудрились? Давайте, как умному и приличному человеку, поясню вам о резонах. Что в советское время платили строго за кубаж - это, как говаривал Черномырдин, ложь и не совсем так. За кубаж строго по основному показателю шёл тариф, а вот дополнительное материальное стимулирование, премирование зависело от ряда показателей, в числе которых был прирост запасов от основной деятельности.

Скажем, нет прироста - нет премии у АУП, включая и руководство. А 15-20% тарифного фонда по кварталу были в те поры хорошие деньги. Поэтому все, от кого зависела данная позиция (рабочего класса это не касалось), осознавали и понимали необходимость выполнения плана по приросту запасов, В килограммах.

В этой связи, при необходимости, добытое проводилось по балансу "неучтенкой" и, соответственно, формировало прирост запасов от основной деятельности. А запасы продолжали болтаться на балансе. Ну, раз их никто не отрабатывал...

Кстати, рихтовка отчетного баланса запасов под конкретные и не имевшие отношения к учету запасов цели была делом обыденным. В вами описанной ситуации обычно старались потом привести баланс в соответствие с фактическим положением дел: не оставляй хвостов, за которые тебя можно подловить - принцип Дальстроя. В вашем случае предки сочли возможным поступиться принципами.

ПО, 13.04.22 15:47:53 — Брат

Не сходится. 100 тыс. кубометров на открытых и подземных работах, это две большие разницы. На подземке по тем временам это два ствола и больше года круглосуточной работы. А это расход и списание ВВ, план ликвидации аварий, ежемесячный отчет о добытой горной массе, песках, золоте, нормируемых и ненормируемых потерях и разубоживании, отдельно из нарезных, отдельно из очистных. А не дай бог несчастный случай - какой главный инженер на такой риск подпишется?

Брат, 13.04.22 16:50:07 — ПО

Всё сходится. Текущими бумагами очистная выемка была обставлена, можно думать, надлежаще и главному инженеру решительно ни под чем не требовалось подписываться. Какие риски, работала себе обычная шахта и работала.

Прирост от главного инженера не зависел никак. Он (прирост) вообще формировался сугубо бумажно, движением по форме 5гр; это епархия и ответственность главного геолога, который, кстати, был заместителем директора. Повторюсь, запасы на баланс ставились и с баланса снимались с легкостью необыкновенной вне зависимости от факта добычи.

Когда у вас по кассе две тонны добытого из "неучтёнки" металла при плане прироста запасов в одну тонну, показать выполнение плана по приросту в 200% вам никто не даст. Поэтому вы покажете одну тонну прироста и произвольно (на ваше усмотрение) снимете с баланса предприятия на исходящую дату одну тонну вполне себе живых запасов и по учёту станет государство на тонну запасов беднее. Напротив, если прироста не хватает, вы оставите на балансе предприятия на исходящую дату отработанные, несуществующие уже в природе запасы, а фактически добытый металл проведете "неучтёнкой" и закроете проблему прироста.

Если вы этого не сделаете, ваш отчетный баланс запасов принудительно отрихтует вышестоящая организация. Понятно, в меру своего разумения и хотения. Вот, прям, в грязных поршнях в вашу чистую горницу. А оно вам надо?

ЛДН, 13.04.22 21:59:05

На фото промпрбор ПГБ-75. Для мелкого золота наверно не самый лучший вариант из-за большого ж:т на гидроэлеваторе. Тем более, что на ШМН разжижение увеличивалось еще более значительно по сравнению с ШГН. Кроме того из-за короткого распределителя трудно было равномерно распределить твердое по дорожкам ШМН. Съемка делалась в ручные контейнеры. Только на Омолое столкнулся с централизованным водоснабжением нескольких промприборов от единого комплекса насосных станций. Связь с насосчиком была по проводным переговорным устройствам.

Относительно качающихся и виброшлюзов. А что в них больше, плюсов или минусов? Ведь переуплотнение постели из- за этих факторов, на мой взгляд, тоже присутствует.

ПО, 14.04.22 02:52:17 — ЛДН

Спасибо за комментарий. Равномерное распределение твердого по ручьям - это да, существует такая проблема. А вот по поводу разжижения - мое стойкое убеждение, что воды на шлюзе бояться не нужно, если не превышена глубина и скорость потока. Недостаточное разжижение - вот проблема, резко снижающая показатели извлечения. Качающиеся шлюзы в работе не видел, кроме геологоразведочных приборов типа Мулевки-2М. В таком масштабе работает неплохо. Ну, а куларский экспонат - экспериментировали люди, результаты, увы, не известны широкой публике.

Есть монография Ковлекова "Техногенное золото Якутии", 2002. Там в т.ч. пишет о работах ИГДС СО РАН на объектах Кулара в 80-х по тестированию шлюзов с магнитной постелью на текущих хвостах основного обогащения. В натуре на местности материальные свидетельства тех исследований пока не попадались.

Занчит, на Омолое съемка была с доводкой на ковриках?

ПО, 14.04.22 03:18:18 — Брат

Не сходится. Шахта Омолой с середины 80-х добывала 1 тонну золота, в 1991 г - 783 кг. Еле-еле выполняла план при системном неотходе в контуре балансовых запасов. Выполняла в т.ч. за счет расконтуривания. При этом только 60-70% из подземных песков, остальное открытые. Им бы еле-еле баланс закрыть, какой прирост.

4 действующие годовые (сезонные) шахты. На каждую проект. Для выполнения плана бывало, что одну бросали (нарезанные панели), на другой ускорялись. Но это все оформлялось соответствующими бумагами. И, напомню, в те времена Горный Округ выполнял в т.ч. функции контролера охраны недр.

Стал склоняться к мысли, что участок "отодрала" какая-то из артелей, которые в самое мутное время работали на остатках ГОКа в т.ч. и подземным способом.

Брат, 14.04.22 09:26:58 — ПО

Спору нет, могла и "отодрать". Время было действительно мутное.

Относительно горного округа - я вас умоляю, даже не напоминайте. Я с ГТИ плотно общался два десятка лет, а потом ещё работал в системе Ростехнадзора.

А насчет "не сходится"... При любом неотходе, даже и системном, у предприятия всегда есть прирост и план по нему был. Чем лютее неотход, тем больше вы подвёрстываете "неучтёнки" в попытке выправить ситуацию. На открытых, на подземке - без разницы. В середине 80-х наборов контуров на сугубо балансовых запасах попросту не было, без "неучтёнки" не обходился никто и прирост от основной деятельности возникал при любых практически раскладах.

Уважаемые посетители сайта! Пожалуйста, будьте как дома, но не забывайте, что в гостях. Будьте вежливы, уважайте родной язык и следите за темой: «О золоте лежалых эфелей или по следам обогатителей советского Кулара»


Имя:   Кому:


Введите ответ на вопрос (ответ цифрами) "семь прибавить 1":