Непредсказуемое колебание цен на золото повлияло на каждого золотодобытчика. Когда 2,5 года назад они достигли наивысшего значения 1800 $ за унцию, многие компании занялись активным инвестированием в расширение своих предприятий, стараясь извлечь максимальную выгоду от исторически высоких показателей. Однако когда цены упали до сегодняшнего уровня (около 1300 $), те же самые фирмы внезапно обнаружили, что наращенное производство больше не приносит прибыль. Одной из таких компаний была «Kirkland Lake Gold». Процесс модернизации работы этого предприятия в нынешних условиях — наглядный пример смены фундаментальных представлений в бизнесе и успешной реализации новой культуры на добыче.
Во время бурного роста цены компания «Kirkland Lake Gold» инвестировала в инфраструктуру двух рудников, «Macassa» и «South Mine Complex» (на озере Киркленд (Kirkland Lake) в Онтарио), около 100 млн $. Усовершенствованная подъемная система, новое подземное мобильное оборудование на аккумуляторных батареях, модернизированная мельница (включая новую первичную шаровую мельницу «Sanland» 15х20 футов в дополнение к трем существующим мельницам «Allis Chalmers») — всё это помогло повысить производительность добычи с 1400 до 2200 тонн в день с уровнем извлечения 96%. У «Kirkland Lake Gold» была цель — добывать 200 тыс. унций (6,2 т) золота в год. В то же самое время был увеличен штат сотрудников: с 200 человек в 2008 году до 1250-ти в конце 2013 года. Подобно многим другим для того времени компания развивалась в сторону укрупнения производства.
«Два-три года назад рыночная капитализация «Kirkland Lake Gold» была 1,5 млрд долларов», — говорит генеральный директор компании Джордж Огилви (George Ogilvie). Как и все остальные компании, высокие цены она использовала для снижения уровня бортового содержания. Компания начала разрабатывать более бедные руды, залегающие вне пределов богатых участков; именно такая геология характерна для рудника «Macassa».
Потом цены начали падать. «Вдруг оказалось, что крупная разработка породы с таким содержанием больше не приносит прибыли в условиях снижения цены ниже 1500-1600 долларов за унцию», — говорит Огилви. Тем не менее, слишком много денег было уже вложено в наращивание производства, поэтому в «Kirkland Lake Gold» старались держаться взятого курса. Ситуация осложнилась тем, что поставленные ранее цели стали менее достижимы. «Они были слишком оптимистичны и недостижимы; это тоже повлияло на стоимость акций», — комментирует генеральный директор. Вместе с тем рыночная капитализация компании год назад рухнула до 150 млн $ (с 1,5 мдрд $), что стало отправной точкой для запуска перемен на рудниках.
Джордж Огилви был назначен руководителем «Kirkland Lake Gold» в ноябре 2013 года. «Когда я получил эту должность, у меня уже была идея, как заставить и рудник, и компанию успешно работать; мы планировали организовать добычу с максимально возможным учетом содержания запасов. Есть одна вещь, которая отличает рудники «Kirkland Lake Gold» от, возможно, 99 % других объектов по всему миру, — это содержание. Неважно, какова ценовая ситуация на рынке, фундаментальная составляющая нашей деятельности — всегда добывать руду с наилучшим содержанием или около того», — рассказывает Огилви.
На самом деле в 1990-х годах, когда рудниками владели «Barrick» и «Kinross», на них регулярно добывалась руда с содержанием 18 г/т. Огилви говорит, он считал, что возврат к такой философии может возродить добычу. При сегодняшнем содержании в добываемой руде (около 17 г/т) «Kirkland Lake Gold» будет получать прибыль даже в условиях нестабильной цены драгметалла. Если она (цена) вырастет достаточно высоко, компания сможет быстро и существенно увеличить маржу, а также получить свободные денежные средства.
Однако переход на новые рельсы целой компании проходил достаточно сложно. «Как мы меняем культуру добычи, уходим от тонн и количества и позволяем людям больше сфокусироваться на содержании и качестве?», — задается вопросом Огилви.
Беспокойство Джорджа по поводу уровня поддержки со стороны руководителей старшего звена, оставшихся от предыдущей системы, быстро сошло на нет. Вся команда была готова к переменам. Фактически они сделали множество рекомендаций, которые позднее легли в основу нововведений Огилви. Приоритет среди них имело повышение содержания в добываемой руде, то есть снижение объемов внешнего разубоживания.
Как говорит представитель «Kirkland Lake Gold» Сюзетта Рэмчеран (Suzette Ramcharan), в то время как Огилви пришел в компанию, в порядке вещей было постепенное наращивание объёмов добычи руды и, хуже того, на рудоспуск попадал материал с низким содержанием, даже пустой. Это было обусловлено рабочей культурой: сотрудники премировались по объемам и тоннажу переработанной породы. По это причине уже отработанная обедненная руда попадала в общую кучу, снижая исходное содержание и продуктивность. Руководство компании прореагировало на это очень быстро, при этом использовался один старый метод, который Огилви взял с рудников ЮАР. Он заключается в следующем: супервизоры устанавливают на отвалы специальные металлические диски, на которых указан серийный номер и дата. Когда материал попадает на мельницу, магнит поднимает диск, и записывается информация о том, когда и откуда получен этот материал. Таким образом, определяется и конкретный работник, отправивший его на рудоспуск.
Благодаря этому подходу пресечь такую деятельность удалось уже через 6 недель, а исходное содержание с 0,29 унций на тонну (9,2 г/т) в ноябре 2013 года выросло до 0,43 унций на тонну (13,4 г/т) в январе 2014 года (то есть увеличилось практически наполовину).
Тогда же (в январе 2014-го) «Kirkland Lake Gold» пришлось сократить 75 человек. В течение года убыль персонала составила еще 160 человек, которых так и не заменили. Всего было уволено 235 сотрудников (или практически 20 % всей рабочей силы), однако на производительности это не сказалось.
Несмотря на это, некоторые профессиональные навыки было необходимо восполнить. «Местное рудное тело очень сложно «читается». Можно подумать, что разрабатываешь жилу и добываешь руду, но на самом деле это стена выработки. Это надо очень тщательно контролировать», — говорит Джордж Огилви. Для этого, а также для инспектирования плоскостей забоев, были дополнительно наняты геологи. Новая рабочая сила дала возможность собирать на 30 % больше точечных проб, а специалисты произвели маркировку жил специальными линиями, чтобы направлять добытчиков и обеспечить выемку породы с наивысшим содержанием.
В пробирную лабораторию были также наняты дополнительные специалисты, что позволило ей функционировать круглые сутки. До этого она закрывалась по вечерам и на выходные, и результатов анализа порой приходилось ждать по двое суток. При новой политике ориентирования на содержание неопределенность с качеством руды стала неприемлемой. Сейчас лаборатория проводит исследование проб за 8-12 часов. «Работники следующей смены заступают и уже точно знают, где руда, где пустая порода, что надо добывать», — объясняет Огилви.
Еще один важный показатель, которого удалось достичь в результате нововведений — рыночная капитализация «Kirkland Lake Gold» недавно выросла до 340 млн $. Этого добились благодаря повышению бортового содержания с 0,18 до 0,22 унций на тонну. Снижая объем разработки руды с низким содержанием, компания начала экономить на рабочей силе, оборудовании и эксплуатационных расходах. Сейчас на рудниках добывается только 1100 т/д (раньше 2200 т/д), однако низкие затраты на работников и высокое содержание дают «Kirkland Lake Gold» прибыль и свободные средства.
Сюзетта Рэмчеран говорит, что обеспечение функционирования мельницы при половине производительности создает некоторые трудности, в основном из-за расходов, которые несет компания вследствие того, что ее (мельницу) необходимо постоянно держать в работающем состоянии. Летом измельчение на руднике производилось по расписанию «5 через 2» (5 дней мельница работала, 2 — не работала). Каждые выходные готовили материал на измельчение. «Но зимой из-за опасения, что мельница замерзнет, выключать ее опасно. Поэтому зимой мы вернулись к практике 7-дневной работы мельницы. Мы не работаем на полной производительности, потому кое-что экономим, но очень мало», — говорит Рэмчеран. В долгосрочной перспективе доразведка может открыть новые залежи золота высокого содержания, которые позволят повысить производительность, однако сегодня основной акцент делается на текущих трансформациях.
Все описанные выше действия снова дали компании техническую возможность добывать руду максимально возможного содержания, но изменение культуры работы значит не только обеспечить сотрудников актуальной информацией и не дать им больше заработать на принятой системе. После 9 месяцев работы, в течение которых Огилви производил комплексную оценку рудника, он и новый вице-президент Крис Стюарт (Chris Stewart) решили нанять специального консультанта для проведения среди персонала тренингов по развитию лидерских качеств.
Итак, для развития лидерских, управленческих и коммуникационных навыков специалистов старшего, среднего и младшего звена был привлечен Рэй Бушфилд (Ray Bushfield) из фирмы «Laidy and Ray Consulting». Так как штат рудника вырос с 200 до 1250 сотрудников, многие из них никогда не проходили обучения навыкам, необходимым для выполнения новых управленческих обязанностей, предполагающих большую долю ответственности. Сейчас они знают и умеют общаться с другими специалистами, обеспечивать обратную связь и там, где это нужно, консультировать работников по сложным проблемам, например, абсентеизму (уклонение от работы, невыход на работы. – прим. переводчика) или недостаточной продуктивности работы.
В «Kirkland Lake Gold» по примеру богатого рудника «Red Lake» компании «Goldcorp» изменили схему распределения премий: теперь она выплачивается за производство большего количества золота, а не руды. Кроме того, премиальные предполагают дополнительные надбавки за следование требованиям охраны труда и экономии. Таким образом, эта схема соответствует новой корпоративной политике и целям «Kirkland Lake Gold».
Сотрудники тем временем постоянно вынуждены приспосабливаться к нововведениям, обусловленным стремлением «Kirkland Lake Gold» найти «золотую середину» между минимизацией расходов и производительностью. Компания снова вернулась к среднему уровню добычи для рудника — 1 т/д руды в расчете на одного работника. Джордж Огилви говорит, что он надеется к концу финансового года поднять этот показатель до 1200–1250 т/д при нынешнем штате в 1015 человек.
Сюзетта Рэмчеран указывает на то, что плановые затраты рудника на 2015-й финансовый год рассчитаны с учетом цены в 1350 $ за унцию золота: «Мы полагаем, что цена приблизительно 1000 долларов за унцию — это точка безубыточности, в условиях которой мы могли бы существовать». Однако на сегодняшний день цена золота находится выше указанного значения, поэтому дела «Kirkland Lake Gold» идут довольно хорошо: акции растут, а за последние два квартала удалось вернуться к рентабельности. «Из-за того, что цена золота упала на 500 долларов за унцию, — не значит, что рудник движется в никуда», — говорит Рэмчеран.
Благодаря новому акценту на рентабельности, а не чистой производительности, предприятие снова соответствует своему потенциалу. Для 10000 жителей близлежащего городка Киркленд-Лейк (Kirkland Lake) и располагающихся рядом поселений, зависящих от рудника как от стимула экономического развития, это самые хорошие новости, которые они могли услышать.
Источник: Ian Ewing, http://www.cim.org/en/Publications-and-Technical-Resources/Publications/CIM-Magazine/2015/March-April/project-profile/Excellent-recovery.aspx. Перевод с англ.: С.С. Верхозин
