Глава шестая
ВОЗВРАЩЕНИЕ НА ПРИИСКИ
Средь волн морских и света на краю...
В мае баржа «Нордерн Лайт» покинула Сиэтл и взяла курс на мыс Йорк. В Беринговом море ей не встретилось ни одного судна. Весна подходила к концу, однако было все еще очень холодно, в воде то и дело попадались плавучие льдины. Порой они так плотно обступали баржу, что дальнейшее ее движение становилось невозможным и приходилось ждать, иногда даже по четверо суток, пока льды не расступятся.
Наконец они добрались до мыса Йорк, но там их ожидал неприятный сюрприз: вместо поселка золотоискателей перед ними предстал пустынный берег. Единственной живой душой там оказался Чарли Мак-Дэниел, который жил рыбной ловлей и охотой на тюленей. Граф знал его еще по Ному, когда-то Мак-Дэниел жил там, но был вынужден уехать из-за какой-то истории с женщиной.
Пока остальные пассажиры высаживались на берег и разбивали участки под будущий поселок, Граф вместе с приятелями отправился к Чарли. Скалистый грунт не внушал Графу больших надежд, ему казалось маловероятным, чтобы там было золото, и он поделился своими сомнениями с Чарли.
— Золото? С чего это ты взял, что здесь есть золото? — удивился Чарли. — Нет тут ничего. Сам-то я здесь обосновался совершенно случайно. Как ты мог поверить этим байкам? Это же пароходные компании распускают такие слухи, чтобы привлечь клиентов.
Теперь Графу все стало ясно. Налицо была грандиозная афера, и пассажиры «Нордерн Лайт» были ее первыми жертвами. А сколько их еще будет! Граф задумчиво посмотрел на море и вдруг, к своему удивлению, увидел, что на борту стоявшего у берега вельбота все пришло в движение. Что такое? Матросы уже подняли якорь и запускали моторы.
— Что это там происходит на вельботе? — спросил Граф у Чарли. — Похоже,
они снимаются и уходят?
— Посмотри-ка туда, видишь? — воскликнул Чарли, указывая куда-то вдаль. — На нас гонит дрейфующие льды!
В самом деле, на горизонте виднелась белая полоса. Это западный ветер гнал к берегу льды. Так вот чем объяснялась поспешность, с какой вельбот покинул мыс Йорк и ушел на юг.
— Нам конец! — воскликнул Граф и, не теряя ни секунды, бросился на берег искать капитана баржи.
Увы, для «Нордерн Лайт» время было упущено. Единственное, что успел сделать капитан, это бросить второй якорь и забрать на берег судовые документы и навигационные инструменты. Покинутая баржа осталась один на один со стихией.
Вскоре льды подошли совсем близко и с сильным треском начали заполнять бухту. Синезеленые глыбы, величиной с хорошую скалу все надвигались и надвигались, вращаясь вокруг своей оси и сверкая в лучах солнца, а потом, теснимые наступающими сзади, уходили под воду. Очень быстро вся бухта оказалась забитой льдом. В воздухе стоял гул, это гудели льдины, ударяясь о скалистый берег.
А Кларк и Робертсон все это время метались по берегу и на чем свет стоит ругали тех, кто заманил их в эту дыру. В отличие от них капитан Чарльстон смотрел на превратности судьбы по-философски: чему быть, того не миновать, переживем и это.
Затаив дыхание, экипаж и пассажиры ожидали, казалось, близкой развязки. Что будет с баржей: то ли ее раздавит льдами, то ли выбросит на берег? Когда люди на берегу слышали громкий треск, им казалось, что лопаются якорные цепи. Но цепи выдерживали натиск льдов, и баржа только раскачивалась на месте. А через некоторое время вдруг замерла без движения.
Бывалые северяне знали, что теперь барже ничто не угрожает, но вот когда льды двинутся в обратную сторону, они унесут и баржу, и если кто-нибудь ее, когда и увидит еще раз, то только в виде выброшенных на берег обломков. А пока что лед так плотно набился в бухту, что стало вполне возможным попробовать снять с баржи что-нибудь из грузов. Для этого с нее на берег протянули трос, к нему прикрепили десять плоскодонных лодок, находившихся на борту и предназначенных для перевозки пассажиров и грузов, запустили вспомогательный двигатель, подсоединили лебедки — и на лодках, как на санях, грузы потянулись к берегу.
В первую очередь перевезли оставшиеся вещи пассажиров, одежду, палатки, необходимый инструмент и часть продовольствия. Лед мог тронуться в любой момент; никто не знал, сколько времени еще оставалось в запасе, несколько минут или несколько часов. Работа кипела, и не прекратилась даже с наступлением темноты.
Ночь люди провели на берегу в палатках. Граф оставался у Чарли, вместе они следили за развитием событий.
К утру ситуация не изменилась, лед по-прежнему заполнял бухту. Работы по разгрузке продолжались, ведь на борту оставалось еще много продовольствия и припасов.
К вечеру налетел штормовой южный ветер. Ледяные массы пришли в движение, под их напором баржу стало отчаянно подбрасывать и раскачивать, ее корпус начал так скрежетать, что капитан Чарльстон распорядился прекратить разгрузку. Вновь покинутая всеми, «Нордерн Лайт» осталась одиноко ожидать своей участи.
Вернувшись в хижину Чарли, Граф провел там весь вечер в компании Джо Уоллерта и Билли Тоберна. Вместе они пытались решить, что делать дальше. Было бы неплохо обследовать окрестности, но для этого требовалось продовольствие и припасы, а их не было.
— Эх, у меня на барже осталась целая партия продовольствия, — сокрушенно проговорил Тоберн, — да что толку?
— Что ж ты раньше молчал? — упрекнул его Уоллерт. И тут Графа вдруг осенило.
— Лучше поздно, чем никогда! — воскликнул он. — Чарли, дай собак, может, что получится?!
Чарли был немногословен:
— Берите.
После этого не было произнесено ни единого слова. Все трое быстро оделись, Чарли запряг в нарты собак, и они понеслись мимо уснувшего лагеря. В мгновение ока они оказались на берегу. В темноте, держась, чтобы не упасть, за оставленный трос, они двинулись к барже. Лед трещал под ногами, ветер хлестал по лицам.
Добравшись до баржи, они привязали собак и поднялись на борт. В капитанской каюте, среди битого стекла и валявшихся в беспорядке книг, они отыскали заправленную китовым жиром лампу и зажгли фитиль. Освещая себе дорогу, они отправились в трюм и быстро нашли там принадлежавшие Тоберну тщательно упакованные мешки с мукой и завернутые в полотно свиные грудинки. В несколько заходов все это было поднято наверх и погружено на нарты.
Лед трещал не переставая, но чувство опасности притупилось, и все трое решили, что еще успеют немножко расслабиться в капитанской каюте, где они уже успели обнаружить пять галлонов виски. Приятное времяпрепровождение внезапно нарушил резкий окрик: «Руки вверх!», и они увидели направленный на них револьвер в руках огромного чернокожего детины, который был корабельным коком. Ему тоже, как выяснилось впоследствии, посчастливилось во время суматохи где-то найти виски, и он так напился, что уснул и не услышал, как все покинули судно.
— На борту посторонним находиться запрещено, — проревел он, — отправляйтесь на берег!
Тоберн и Уоллерт даже покраснели от ярости, но были готовы отскочить в сторону, не сомневаясь, что кок будет стрелять. Внезапно Тоберн сделал обманное движение, как будто собирался выходить из каюты, а сам набросился на кока и повалил его на пол. Уоллерт выхватил у него револьвер, а Граф связал по рукам и ногам. Теперь можно было передохнуть.
Но не тут-то было. Раздался страшный треск и грохот.
— Это лопнули якорные цепи! — воскликнул Тоберн, и Граф бросился на палубу. Наверху была кромешная тьма, передвигаться можно было только на ощупь. Не слыша лая и визга собак, Граф понял, что упряжка пропала, ее поглотили льды. А «Нордерн Лайт» тем временем несло в открытое море.
Когда Граф вернулся в капитанскую каюту, Тоберн и Уоллерт пытались расположиться поудобнее с полными стаканами виски в руках.
— Почему бы не провести свои последние часы с удовольствием, а, Джо? — говорил Тоберн приятелю.
Уоллерт согласно кивал.
— Что толку хоронить себя прежде времени, даже если эта посудина поступила с нами так подло!
Граф отодвинул в сторону предложенный стакан виски.
— Это потом, — сказал он, — сперва надо осмотреть корабль. Если мы получили пробоину, надо немедленно начинать откачивать воду.
Он взял одну из лежавших рядом досок, предназначенных для изготовления промывочных желобов и постройки хижин, и отправился в трюм. Там он обнаружил, что вода поднялась почти до отметки два метра, но течи не было.
После этого Граф вернулся в каюту и тоже прилег отдохнуть. В сложившихся обстоятельствах ничего другого просто не оставалось делать. В непроглядной тьме, под завывание ветра зажатую льдами баржу несло и несло на север. Корпус ее скрипел и стонал так, что порой казалось, будто она разваливается на части. Но баржа держалась, ведь ее строили для плавания по суровым северным морям.
Спать пришлось недолго. Внезапно с палубы донеслись душераздирающие звуки. Как они могли забыть? Это же свиньи, их взяли в плавание как источник свежего мяса, а теперь они выбрались из своих клеток и метались по палубе, истошно визжа. Шум стоял ужасный, но никому не хотелось из-за этого выходить в шторм на палубу, и приятели попытались вновь задремать.
Они долго терпели, стараясь уснуть. Первым не выдержал Тоберн. — Ну, я их сейчас всех перережу! — воскликнул он, вскакивая на ноги. — Еще немного, и я сойду с ума.
Вместе с Графом они отыскали в шкафу пару топоров, вышли на палубу, и началась охота на свиней. Непростым это оказалось делом: снег слепил людям глаза, под ногами перекатывались бревна; спасаясь от топоров, свиньи залезали под реи.
Наконец с ними было покончено. Охотники стояли на палубе, заваленной тушами убитых ими свиней, и утирали мокрые от пота и таявшего снега лица.
Вернувшись в каюту, они обнаружили Уоллерта всего в крови, лежащим на полу. Оказалось, что он споткнулся о тушу убитой свиньи и упал прямо на битые стекла. Как сумели, они перевязали его раны и, взбодренные охотой на палубе, обсудили сложившуюся ситуацию и принялись за дело.
На случай возникновения течи они приготовили бревна, доски, ветошь, молотки и гвозди, проверили ручные насосы и убедились в их исправности. Израненный Уоллерт не мог вместе со всеми выполнять тяжелую работу, поэтому ему поручили караулить кока и готовить еду.
Проходил день за днем, баржу уносило все дальше и дальше. Они были уверены, что дрейфуют по-прежнему в северном направлении: через Берингов пролив в Северный Ледовитый океан. Их уже не пугали толчки и удары льдин, а если вдруг на душе и становилось тревожно, всегда выручал стаканчик виски. Что же стало с коком? Ему через некоторое время развязали ноги, чтобы он мог самостоятельно передвигаться, а с руками решили повременить, опасаясь, как бы он чего не натворил. Уоллерт так и не согласился готовить для него, предпочитая разбивать прямо в рот коку сырые яйца.
На пятый день дрейфа ветер стих, и, хотя движение судна продолжалось, льдины уже не ударяли в борт с прежней силой. Мореплавателям было известно, что капитан забрал на берег карты и снял компас, однако им все же посчастливилось найти в одной из кают маленький карманный компас. Какой-никакой навигационный инструмент у них теперь был. Компас подтвердил, что баржа действительно двигалась в северном направлении. Постепенно льды начали рассеиваться, они вышли в Северный Ледовитый океан.
К счастью, Граф был немного знаком с судовождением, поэтому он принял командование баржей на себя. Прежде всего, необходимо было найти нужные детали и отремонтировать руль. Морякам, плававшим в северных водах, было хорошо известно, чем чревата встреча со льдами. Починив руль, они взялись за паровой котел. Дрова совсем отсырели, их пришлось поколоть и плеснуть парафинового масла, чтобы разжечь хороший огонь. Теперь в топку можно было подбрасывать уголь. Вскоре уже заработала лебедка.
Они даже поставили один парус в надежде поскорее увидеть землю. Только вот какую? Граф считал, что следует взять курс к берегам Сибири, ведь до нее было рукой подать. Однако Уоллерт и Тоберн панически боялись кровожадных индейцев и не верили Графу, убеждавшему их, что в Сибири живут только русские и эскимосы. Поэтому двумя голосами против одного было решено идти на восток, к берегам Аляски.
Безусловно, плыть в такую даль было очень опасно. Еще более осложнял ситуацию туман, судно то и дело натыкалось на плавучие глыбы льда, однако это не помешало им поставить три паруса и таким образом значительно увеличить скорость. Им все время сопутствовала удача, судно не получило ни малейшей пробоины.
На четвертый день плавания туман стал рассеиваться, и выглянуло солнце. Прямо по курсу они увидели берег Аляски. Им хотелось как можно скорее пристать к берегу, но хорошая погода и сильный западный ветер соблазнили их продолжить плавание. Подняв все оставшиеся паруса, они взяли курс на юго-юго-восток. Дрейфующие льды совсем исчезли, и можно было, ничего не опасаясь, мчаться и мчаться вперед.
Когда впереди показался мыс Принца Уэльского, они изменили курс и поплыли строго на восток. Ветер не стихал, и на шестнадцатый день плавания они были почти у цели. В это время капитан Чарльстон, стоя на берегу, смотрел в бинокль на море, ожидая увидеть какое-нибудь судно, идущее с юга. И вдруг перед его взором предстала «Нордерн Лайт». Как, ведь все думали, что и баржа, и люди на ней погибли!
Нельзя сказать, что Граф был силен в судовождении, однако под его руководством удалось развернуть баржу против ветра, переставить паруса и закрепить такелаж. Загремела цепь, якорь камнем пошел ко дну, быстро спустились паруса. Капитан Чарльстон, Кларк и Робертсон вышли на шлюпке встречать героев. Вопросам не было конца: как им удалось уцелеть, когда им пришло в голову попытаться спасти баржу? Тут они догадались, что Чарли Мак-Дэниел представил их исчезновение в значительно более выгодном для них свете.
— Ну что, — начал Граф, не желая никого разубеждать, — мы поняли, что баржу вот-вот унесет в море, и решили попытать счастья. Правда, свиней пришлось забить, да и виски поубавилось, но все остальное — в полном порядке.
Едва он успел договорить, как на палубу выскочил кок и, размахивая руками, стал рассказывать, как он героически обнаружил в каюте капитана посторонних. Его живописание прервал Уоллерт, заметив, что тот был пьян, ничего не соображал и пытался помешать им делать важное дело.
Кларк спросил у путешественников, какое бы они хотели получить вознаграждение за спасение баржи. Такой вопрос оказался для них неожиданностью, ведь фактически, проникнув на баржу, они нарушили приказ капитана. Все трое нерешительно молчали, не зная, что сказать.
Наконец Граф заговорил:
— Сперва надо рассчитаться с Чарли за упряжку, об остальном поговорим позже, на берегу.
В результате Чарли получил тысячу долларов и две тонны корма для собак, а остальные — по шестьсот долларов и по тонне продовольствия. Кроме того, всем троим бесплатно выдали по билету до Нома. Вот уж не зря они спасали эту баржу!
Вся следующая неделя, пока баржу готовили к отплытию, прошла спокойно, без приключений. Граф, Уоллерт и Тоберн успели обследовать окрестности и обнаружить в близлежащих долинах аллювиальное золото и олово. Но золота было немного, а олово их и вовсе не интересовало.
С легким сердцем покидали они мыс Йорк. Если бы они только могли представить себе, что ожидало их в Номе.
Глава первая (читать)
Глава вторая (читать)
Глава третья (читать)
Глава четвертая (читать)
Глава пятая, предыдущая (читать)
Следующая гл.7: Номский скандал 1900 года
-0+3
Магадан, 19.11.17 05:47:38 — Админ
А где дальше?